– Пару дней назад я бы испортил вам жизнь. Но не так давно экипаж одного глубоководного судна сошел с ума. Он заявил, что по дну ныне можно прогуляться. Как по проспекту. Пожирая сладкую вату. Вы хоть понимаете, что вот-вот случится? Коллапс всех систем. От социальных до коммунальных. Поэтому я хочу знать: где именно это можно остановить – над водой или же под ней. По правде говоря, я хочу, чтобы наверху были все крепкие ребята, когда до населения дойдет, что чертов библейский потоп неизбежен.
– Ну, в других «черных линзах» подводных городов не обнаружено, полковник, – указал Радий на очевидную вещь. – И эта «линза» была самой первой. Тут властвует нечто похуже самого злобного человеческого разума. Оно беспощадно, глухо к нашим чувствам. С этим не договориться.
– А вы пытались?
Надо признать, этот вопрос обескуражил Радия. А действительно: пытались ли они показать хоть каплю рассудительности при встрече с неизвестным? Или сразу начали орать и в истерике биться головой о стены?
– Я шучу, ученый, не пыхти. Что с защитой лагеря?
На этот раз заговорил Шемякин.
– Часть исследователей – под охраной моряков. Кто хотел, вернулся на судно. Остальные продолжают изучать город, хоть и знают, что дни этого места сочтены. У нас есть несколько винтовок, фальшфейеры и топливо, чтобы сделать заградительную стену из огня, но этого явно недостаточно.
– Конечно, твою мать, недостаточно. Поэтому в ближайшее время к вам прибудет небольшой интересный отряд. Его специализация – выдергивание страничек из истории. – Неожиданно взгляд полковника потеплел. – Но армия всегда нуждается в модернизации. Поэтому мои люди заберут из подводного домика всё, что только можно, прежде чем развалить его.
Воздух конференц-зала вспорол резкий звук. Это Юлиан, взвизгнув, вскочил со своего места.
– Я против! Я возражаю! Вы все заблуждаетесь! – возвестил он, тараща глаза так, словно хотел выдавить из них весь белок. – Возможно, глубоководные – это самые обыкновенные сторожевые псы! А что делает пес, когда на пороге возникает чужак? Он разрывает его, рвет в клочья! Или, по-вашему, чужак имеет право на вторжение?! Нет! Нет! И нет!
Лица у всех вытянулись. За спиной полковника возник адъютант и что-то прошептал ему на ухо. Тот кивнул.
– Юлиан, а кто такие «глубоководные»? – поинтересовался Арвид. Его пальцы включили видеокамеру, но не повернули ее.
– Здешние хозяева, чье поведение мы неверно толкуем! Мы всё неверно толкуем! Ведем себя как дикари в вонючих шкурах!
– Я вот свою регулярно мою. – Арвид всё-таки повернул видеокамеру.
Чернов расплылся в зловещей улыбке.
– Капитан, располагаете ли вы информацией о том, что это место оказывает ментальное воздействие на людей?
Шемякин бросил на Радия вопрошающий взгляд. Мол, говори ты.
– Есть лишь косвенное подтверждение такому воздействию, – сказал Радий. – Мозговая деятельность одного из исследователей была угнетена во время первичного осмотра города. Пострадал Хельмут Крауз – его сейчас нет среди нас. Не исключено, что город так или иначе воздействует на ментальное здоровье человека. Мы многого не знаем.
Все посмотрели на Юлиана. На лице гидрографа отразилось отчаяние, сложенное пополам с неожиданным пониманием.
– Постойте-постойте. – Он схватился за шею, помассировал ее, но возникшая резь не унималась. Там словно лезли острые чешуйки. – Я ученый, мы все – ученые. Я лишь хотел сказать, что нужно найти способы коммуникации, а не лупить дубинкой всё, что эволюционировало дальше нас!
Юлиану никто не ответил. И никто не отвел взгляда.
– Мой вам совет, – сказал полковник, подавшись вперед, – изолируйте этого парня, пока он не натворил дел. Вопросы?
Вопросов не было. Военный еще пару секунд сверлил всех взглядом, а потом изображение сменилось заставкой с надписью: «СЕАНС СВЯЗИ ЗАВЕРШЕН. ПРИЯТНОГО ДНЯ!»
Шемякин устало посмотрел на замершего Юлиана:
– Вот что прикажешь с тобой делать, а, Юлиан? Ты хоть догадываешься, что это за человек?
– Простите. Я, ну… видимо, во мне взыграли эмоции. А эмоции… они же, ну, плохо поддаются контролю, да?
Арвид похлопал Юлиана по плечу, а Джек протянул ему свой пистолет.
– Что это? – не понял Юлиан. – Зачем?
– Похоже, тебе нравится стрелять себе в ногу.
После этого Джек и Арвид покинули конференц-зал. Пистолет, разумеется, отправился вместе с Джеком. Таша тоже встала. Ее глаза странным образом отразили усталость капитана, когда тот секунду назад заговорил с гидрографом.
– Пойдем, Юлиан, дома я заварю тебе чаю.
Когда они ушли, Шемякин и Радий обменялись долгими взглядами.
– Думаешь, его мозги в порядке? – наконец спросил капитан.
– Шутишь? Конечно нет. Но я не объективен, ты и сам знаешь.
– Какие планы? Кан-Хуг – опасное место.
– Думаю, вернусь вниз. Мы все вернемся. Такой шанс выпадает раз в жизни. Юлиан в чём-то прав.
– Юлиан прав? Что ж, теперь я точно знаю, что запереть нужно вас обоих.
Они рассмеялись. Смех получился скомканным и неловким. Попрощавшись, Радий отправился на вертолетную площадку.
6.