Появление нового вида глубоководных хищников признали почти все государства. Кроме разве что упрямившейся Франции и тех немногих стран, что не имели выхода к морю.
Всё это вызвало у населения лишь ярость и страх.
У берегов Ялты, в час пополудни, в море вышли Арсений Безматный и Платон Вавилов. Желая спастись, эти разнорабочие «Черноморского Рыбфронта» арендовали на последние деньги небольшую, но крепкую лодку с кабиной. Они покатывались со смеху, глядя, как Ялту затапливает. А разве не эта черта характеризует гениев? Они считали, что именно эта. В известной мере их просветлению способствовал алкоголь.
Поскольку количество выпивки было ограничено, а магазины не просто закрывались, а наглухо затапливались, Арсений и Платон решили пить наперегонки. Красные, взмокшие от счастья, они срыгивали излишки за борт. Ближе к полуночи бесчувственный Арсений Безматный захлебнулся в собственной рвоте. Рассудив, что так даже лучше, Платон Вавилов скинул мертвого приятеля в воду.
Поблизости кружили четыре катрана, приманенные мерзким запахом. Однако их опередили хищники посерьезнее. Пьяного Платона, горланившего непристойную песню о любви проститутки и рыбака, стащили в море уродливые лапы с когтями.
В итоге первое и второе блюда достались всем охочим едокам.
С вершины Канченджанги открывался прекрасный вид на снежные горные шапки, коловшие безмерное небо, и Гаспар Кьеза впервые в жизни ощутил себя по-настоящему счастливым.
Не то чтобы работа нотариусом изматывала его, вовсе нет. Заверение бумажек вообще необременительно, если уж на то пошло. Однако сейчас жизнь как-то очистилась, вернулась к тому океаническому бульону, из которого когда-то выползла на сушу. Больше не нужно платить за квартиру или кредит. Даже оставленный дома «вольво» обрел покой.
Гаспар чувствовал себя свободным.
Его жена Лукреция беспокойно оглядывалась, словно пытаясь понять, куда задевалась цивилизация. Она тоже оставила работу. Впрочем, никто ничего и не требовал: в Министерстве окружающей среды было так же пусто, как и на затопленных улицах Рима. Компанию Гаспару и Лукреции составили их друзья. Они тоже взяли с собой сложенную надувную лодку. Идея, что всего неделю назад казалась такой сумасшедшей, теперь играла новыми красками.
Гаспар ощущал себя провидцем.
Энди Джеймс Коттон впервые ступил на порог своего модульного дома. К его плечу испуганно жалась Джейлин, его темнокожая экономка. Тонны воды ревели столь яростно, что отлет вертолета остался незамеченным для них. Энди пришлось постараться, чтобы организовать всё в кратчайшие сроки.
Во-первых, он разыскал безбашенного пилота по кличке Бурбон, который согласился забросить их вместе с пожитками прямиком в глотку океанического водоворота. Но сперва Бурбон выполнил роль водителя летающего школьного автобуса, забирающего и отвозящего команду бурчащих второклашек на занятия.
Во-вторых, Энди нанял не менее безбашенных ребят – тех самых «бурчащих второклашек», которые и собрали модульный дом. Здесь. В этом аду. Разумеется, с учетом хляби под ногами, вони, рева и всяких других поводов для надбавки.
Ну и в-третьих, к «черной линзе» их доставил быстрый мини-балкер «Амбиция», рискнувший выйти за пределы каботажного плавания.
И последнее. Чтобы оплатить всё это, Энди расстался с ключами трех стеклянных особняков. Прощайте горы Южной Дакоты и Голливудские холмы. Энди не волновало, как дома поделят, но не сомневался, что стекляшка Дакоты достанется Бурбону. Вдобавок пилоту было обещано кое-что сверху, если он найдет способ проведывать Энди каждую неделю.
Энди взял с собой всё необходимое, включая терминалы Starlink, чтобы продолжать работу с сайтом. Несколько его серверов сейчас находились на орбите, наматывая витки вместе с китайскими дружками. Мир как никогда нуждался в непредвзятом источнике информации. А таковым Энди себя и считал.
– Добро пожаловать в наш новый дом, – наконец сказал он, когда их топтание на пороге затянулось. – Как я слышал, Илон Маск тоже присмотрел себе норку в океане. Думаю, пригласить его к нам на следующей неделе. Что скажешь? Угостишь его своей волшебной лазаньей?
Перепуганная Джейлин лишь крепче прижалась к нему. Лос-Анджелес теперь вспоминался как сверкающий сон, безвозвратно ушедшая мечта.
Вечером того же дня на русской атомной подводной лодке «Каламов» состоялся странный разговор. Он не касался задач дежурства в водах Карибского моря. Капитан 1-го ранга Дьяков Егор рассуждал о морали и семьях подводников. Разговор велся в каюте капитана, куда были допущены только старшие офицеры. Гидроакустик Щербаков Ярослав подслушал их. Это не так уж и сложно для того, кто только и делает, что слушает.
Командование ВМФ сообщило, что семьи экипажа эвакуируют в первую очередь. Эту информацию рекомендовалось доверить ограниченному кругу лиц, как и то обстоятельство, что суша