– Однако же общая манёвренность и техническое… – дополнял Диззи, часто пускаясь в пространные комментарии, добытые не только давнишними университетскими стараниями, но и многолетней практикой. Он принялся задавать молодому компаньону вопросы из общей теории авиастроения, когда увидел, что тот уже не выдерживает полёта и упадает в сон. План сработал: заслышав вопросы Диззи, Рэчел встрепенулся и ринулся отвечать; тогда у юного энтузиаста словно открылось второе дыхание. Впрочем, Рэчел с лёгкостью расщелкал все задачки своего наставника, так что тому оставалось только пуститься в историю авиации, лишь бы отстранить молодого коллегу-эрудита от беспощадно подступавшего сна. Диззи, хоть и был уже старой птицей, истрёпанной и не в таких полётах, но всё-таки переживал за Рэчела, про себя выругивая тех грамотеев, что отправили молодого пилота в столь трудный рейс, будто не зная про аномалию в середине пути.
– Помнишь кого из мировых асов в истории? – не уставал штудировать Рэчела заботливый пузатый наставник.
– Линдберг, Вин, Кёртисс, Йегер, Кроссфилд…
…фш-ш-ш-ш…
– Линдберг первым пробрил Атлантику в одиночку, – припомнил Диззи и негромко шаркнул в плече. – А есть у тебя, Рэч, любимый лётчик?
– Вот Линдберг и любимый, – улыбнувшись, ответил Рэчел. Белки его глаз основательно раскраснелись, лицо давно покрылось невольной маской усталости, но начинающему лётчику всё же следовало отдать должное – держался он молодцом, и не думал канючить; любой другой на его месте завалился бы в сон в первый же час помех.
– Потому что Атлантику?
– Во-первых, да, поэтому. А вообще, много за что ещё, – пояснил Рэчел. – А у вас кто, мистер Диззи?
– Экзюпери. Он мастер и мечтатель.
– Ох, как я о нём забыл! – щёлкнув рукой об лоб, вспомнил Рэчел.
Так проговорили ещё около получаса, и когда ночная муть начала постепенно расцветать, бортовой компьютер вернулся к сознанию и прекратил свой шепелявый бред. А потом на помощь засыпающим лётчикам подоспел долгожданный автопилот. Диззи, как и подобает старшему, первым принял контроль на себя и, пока отдыхал Рэч, следил за курсом и держал связь с диспетчерской.
Одолев сверхординарный участок, аэро держал прямой путь к берегам пилигримской Джорджии. Вослед хвосту рукокрылого атланта «Асуан – Эль-Пасо» зловеще смотрел громадный хромированный купол, изображавший неимоверных размеров череп с щупальцами заместо нижней челюсти и знаком радиационной опасности в центре лобной кости, такой же выдающейся и тем внушающей вящий страх, как армейский шлем. В пустых чёрных глазах фигуры не было ни былинки сомнения, раздумчивости, нерешительности или хотя бы безразличия. Исполинским карбункулом он сидел в сердцевине Непотопляемой, нависая над двумя Секторами – территориальными единицами государства; остальные шесть тоже не были избавлены от взора почившего властителя, ибо амфибический череп был четырёхликим, так что на каждые два Сектора архитектурно-неизбежно приходилась громадная образина, коронованная смертоносным желто-чёрным трилистником. Все восемь Секторов расходились точно прожекторные лучи из обетованной punctum centralis…
Вот уже и солнечный свет заступил на службу вместо уличных ламп, и из нищенских хижин каждого Сектора потянулись по сыпучей дороге толпы сонных трудяг – «счастливейших граждан сердечнейшей, богатейшей страны» – к Промышленным Кварталам, к своим рабочим местам, под надзор немыслимо больших овальных глазниц, сжирающих своей невыносимой бесчувственностью.
– Заходи, заходи быстрей
– Сюда
– Фух, чуть не попались
– Следов нет?
– Не должно Фергюссон проверил
– Мы по старинке: полчаса за переработку выкупили Целую неделю спины не разгибали А ещё всюду эта назойливая музыка, болтовня в глаза и в уши
– Ну-ну В нашем деле отчаиваться нельзя
– Да мы не… Но всё ж таки непросто…
– Дело должно быть за нами, тогда настанет свобода
– Все в сборе? Джейк, рассчитай
– А через месяц, говорят, в Зал Единства…
– Первосортная промывка мозгов! В том году врали то же самое, как и в позапрошлом!
– Тихо ты! – рыла услышат, тогда всем конец
– Да зла, Базз, не хватает
– Как раз зла и хватает с горой…
– Ну что, принесли?
– Да
– Да
– Вот
– Неплохо, неплохо, но недостаточно Из этих деталей всего пару кустарных винтовок сделаем, а нам надо вооружить целый отряд Нас ведь двадцать три человека
– Ещё будем носить
– Знаешь, как непросто украдкой в рукав целый магазин? А ведь ещё коробку с механизмом по частям утащить Твоё счастье, если одну пружину за смену схватишь, а если рыла? Забыл, что с Оуленом сделали?
– Ну-ну, тише, тише Но делать-то что-то надо
– Пик верно говорит – сто потов сходит, чтобы целый карабин по кускам стащить Двунадесять раз страхуемся, чтобы на ладони свет не упал Ну а если всё равно упал, то пиши пропало Вот Оулен…
– Двадцать один, Эдвин
– Кого нет?
– Нолана и Ральфа
– Нолан на ночной вахте, свиньям что-то не понравилось
– Так, а что с Ральфом?
– Со всеми к посёлку шёл, сказал, зайдёт за чем-то, потом сюда, к нам
– Да-а, две самодельных винтовки на весь отряд – это мизер
– А как делать будем?
