Когда утром 16 апреля 2025 года (то есть через неполные 4 года) Сыромятин-младший собрал на Певческом переулке I группу, в Мире-1 длилось 6 апреля 1909. Что конкретно в нём происходит (по-местному с 1906-го года), знают все, и мы о том особо распространяться не будем.
Как гласило общественное мнение, Елене Ершовой по-прежнему 28. Слова словами, но вы посмотрите на календарь. Портер провёл параллель с Симпсонами и иже с ними (Видел бы кто-нибудь выражение лица начальства. Однако существовало мнение, что в одном аспекте Елена скорее пенсионерка, как и Карпов). Сам Родион к парадоксу не причастен, именно с его официальным возрастом полный порядок, как и у подчинённых. В указанную дату ему не 32 + несколько месяцев, а 36 + 1/12. Двоюродный брат из полиции дослужился от старшего лейтенанта до майора, а агент Шишкинский — от коллежского асессора до надворного советника.
Двое из сотрудников (и средний, и младший) москвичи по определению, старший — понаехавшая, а двоих других вызвали в дом №7 Певческого переулка из Петербурга и из западной страны. Младшие расположились отдельно, а средние заняли комнату с юго-востока (к югу от угла дома, конечно, Солянка). На западной стороне размещались книжный шкаф и помещение с компьютером. На северо-западе подсобка, а на северо-востоке вход — и то, и другое примыкало к дому №6.
Этажом ниже, со стороны, противоположной Солянке, проживал Шеф. В ожидании сотрудников он ходил туда-сюда, словно тигр в клетке, и кипятился.
— Сколько и сколько раз можно объяснять этому амурно-платоническому кретину: я Ершову как женщину вообще не воспринимаю! Мы с Ершовой друг другу как брат и сестра, как Вассерман и его жилет, — на втором пункте Родион заткнул рот. — Я не ожидал от Арсенища вопиющего свинства, и если бы хотел работать со свиньёй, пошёл бы на мясокомбинат. — По обыкновению цыкнул зубом.
Опишем, чем занимались подчинённые в предыдущие годы. С частной наполовину разведкой в общих чертах всё ясно, но Шеф любил подробности.
Ершова действовала под легендой замужней дамы Ирины Бобровой. Эраст — под именем «брадобрея» Григория Боброва, а Борис стал полицейским оперативником Дмитрием Ерёминым, побывавшим в Лондоне (пригодилось наполовину британское происхождение). Младшими сотрудниками первого сделали престарелого слугу того самого олигарха и дагестанского друга Родиона Моисеевича, а младшим сотрудником второго — петербургского осетинского друга Бориса. Последний действовал под легендой полицейского чиновника. Дагестанца и осетина записали в уроженцы Имамата, благо, что в некоторое царство полным-полно понаехало именно оттуда. Старик стал просто Бобровым-старшим.
Шеф заранее извинился за множество цифр, и для простоты он пошёл против излишней точности.
Всё стряслось в Мосхне. 1-е дело происходило в 1906 году. Одним из агентов стал здешний сыщик Василий В., и в первую очередь требовалась его вербовка. Сотрудники помогли с расследованием (в прошлом Нашего мира оно тоже имело место), чьи подробности засекречены. 2-е дело выпало на 1907—08 года. Состоявшийся агент тоже принял участие, но в Мире-0 именно этого расследования не было, и быть не могло. Просто стараниями того самого Макса Созонова в Царском мире опубликованы книги Акунина, Свечина, Антона Чижа и некоторых других авторов (первого из них — задолго до статуса чужеземного шпика). По очевидным причинам читали их как произведения о нашем прошлом, а не о Рофии (и добралось далеко не всё, в том числе по цензурным соображениям). Но нашёлся маньяк, который поразился делам литературных преступников (говоря научным языком, когнитивный диссонанс) и в альтернативной реальности решил повторить. Как говорится, сделал сказку былью.
У Ершовой глаза полезли на лоб. Вспоминала с содроганием. Сколько потратили сил, не счесть. Сейчас весь ужас остался в недалёком прошлом.
Из первого дела, тем не менее, запомнился забавный момент, когда сыщика заинтересовал Суини Тодд. Портера, как «посещавшего Лондон полицейского», рядом не оказалось, и отдуваться пришлось «брадобрею» Карпову, который всего-то подравнивал клиенту бакенбарды. Проверка на болтливость. Он сначала смутился (ну и вопросы), но нашёлся и пересказал по памяти зонг-оперу «Короля и Шута». Боялся, что халтуру раскусят, но Василий В. записал всё на манжеты и пошёл по своим делам.
Не обошлось без ложки дёгтя: младший сотрудник старик Иванов не участвовал в 3-м деле. По причине 2-го он попал в травмпункт. Его работодатель Моисей Сыромятин нашёл повод для издевательства: по своеобразной версии происшествия, слуга пенсионного возраста получил по темечку берёзовым поленом и стал дуб дубом. Сами догадайтесь, у кого украдено. Олигарх учёл фамилию «Иванов», и кое-кому плевать на её распространённость. Однако сын вспомнил иного Иванова с «моей неласковой Руфью».
