– А тебя как кличут?
– Додж Уиллис. Из Эль-Пасо.
– Где остановился?
– В гостинице.
Он поставил на стойку пустой стакан:
– Пошли отсюда.
Мы сидели в гостиничном номере и разглядывали друг друга поверх стаканов с разбавленным скотчем. Закат рассматривал меня близко посаженными глазами – сначала равнодушно, под конец подозрительно.
Я прихлебывал виски со льдом и ждал.
– Почему Мелочовщик не приехал сам? – наконец процедил он, почти не разжимая губ.
– А почему он тут не остался?
– О чем ты?
– Сам соображай.
Он кивнул, словно в моих словах содержался какой-то смысл.
– Сколько дают?
– Двадцать пять кусков.
– Черт! – Похоже, цифра его впечатлила.
Я откинулся назад, закурил, выдохнул дым в открытое окно, глядя, как ветерок рвет его в клочья.
– Я тебя вижу первый раз в жизни, – буркнул он. – А вдруг ты легавый?
– А чего тогда было бросаться мне на шею в баре?
– Ты сказал пароль.
Только тут до меня дошло.
– Золотые рыбки – пароль. «Все для курильщика» – место встречи.
Отсутствие эмоций на его лице подсказало мне, что я прав. О такой удаче можно только мечтать, но даже в мечтах везенье долго не длится.
– Дальше-то что? – спросил Закат, посасывая льдинку из стакана.
– Ладно, Закат, – рассмеялся я, – что толку тянуть? Языки чесать можно неделями. Предлагаю открыть карты. Где старик?
Закат сжал губы, облизал их, снова сжал. Очень аккуратно поставил стакан на стол и уронил руку на бедро. Я понял, что промазал. Мелочовщик же знал, где скрывается Сайп. Значит, и я должен был знать.
Закат не подал виду, что заметил мой промах.
– Я открою карты, а ты будешь сидеть и слушать? Как бы не так! – вспылил он.
– Не хочешь говорить? Так знай – Мелочовщик мертв.
У него дернулась бровь и угол рта, а глаза еще больше обессмыслились, хотя куда уж больше. Его голос слегка скрипел, словно ведешь пальцем по сухой коже.
– Как это случилось?
– Появились конкуренты, о которых вы не подозревали. – Я откинулся назад и улыбнулся.
Сталь блеснула синевой в закатных лучах. Я не заметил, откуда он вытащил пушку. На меня смотрело круглое черное дуло.
– Не на того напал, – пробубнил Закат. – Меня не проведешь.
Я сложил руки, стараясь, чтобы правая была на виду.
– А я и не собираюсь, не для того я здесь. Мелочовщик закрутил с одной девицей, а та выдоила из него все. Не сказал ей только, где искать старика. Тогда она заявилась к нему вместе со своим дружком и подпалила утюгом пятки. Мелочовщик умер от шока.
Мой рассказ его не впечатлил.
– Валяй дальше.
– А ты будешь сидеть развесив уши? – рявкнул я, притворяясь, что рассержен. – Пока еще я не услышал от тебя ничего ценного, кроме того, что ты знал Мелочовщика.
Закат покрутил револьвер на пальце.
– Старый Сайп в Вестпорте, – спокойно сказал он. – Это ты хотел услышать?
– Камешки у него?
– Кто ж его знает, старого черта? – Закат опустил револьвер на бедро, уже не целясь. – А где конкуренты?
– Надеюсь, я от них оторвался, хотя не уверен. Я возьму стакан?
– Валяй. А ты с какого бока встрял?
– Мелочовщик снимал квартиру у жены моего дружка. Дружок сейчас на отсидке. Ей я доверяю. Мелочовщик рассказал ей, а она мне, уже потом.
– После того, как он откинулся? И на сколько ты рассчитываешь? Не забывай, половина – моя.
Я допил виски и поставил пустой стакан на стол.
– Как бы не так.
Револьвер поднялся вверх на дюйм и снова опустился.
– Сколько? – буркнул он.
– Делить будем на троих. Если не вмешаются конкуренты.
– Те, что поджаривают пятки? Обойдутся. Как они выглядят? – спросил он.
– Мужчину зовут Раш Маддер, юрист с Юга, брюнет, около пятидесяти, толстый, усики подковой, лысина, рост пять футов девять дюймов, вес сто восемьдесят фунтов. Слабак. Девицу звать Кэрол Донован: брюнетка, волосы длинные, глаза серые, черты лица мелкие, лет двадцать пять – двадцать восемь. В последний раз я ее видел в синем костюме. С ней лучше не шутить.
Он равнодушно кивнул и убрал револьвер.
– Усмирим, если будет брыкаться. У меня машина. К старику пойдешь ты: я не хочу отсвечивать. Он без ума от своих рыбок. Совсем свихнулся в тюряге – я таких за милю чую.
– Идет, – охотно согласился я. – Люблю о рыбках потолковать.
Закат потянулся к бутылке, плеснул в стакан на два пальца виски и залпом осушил его. Встал, поправил воротник, задрав вверх крохотный подбородок.
– Смотри в оба, парень. Похоже, на старика придется надавить. С такими нужно держать ухо востро. А может, цацки проще выкрасть.
– Может быть, – сказал я. – Отмажемся, за нами – страховая компания.
Закат одернул полы куртки и потер худой затылок. Я надел шляпу, поставил бутылку в сумку, лежавшую возле своего кресла, и закрыл окно.
Мы направились к выходу. Не успел я взяться за ручку, как в дверь постучали. Я жестом показал Закату, чтобы встал у стены. Мгновение я разглядывал дверь, потом открыл.
В лицо мне смотрели две пушки – маленькая, тридцать второго калибра, и солидный «смит-вессон». Вдвоем им с Маддером было не протиснуться, поэтому первой вошла она.
– Руки вверх, умник, и не рыпайся, – отрезала Кэрол. – Посмотрим, дотянешься ли ты до потолка.
