Максим обновил и оживил рекламу и наконец организовал и наружную рекламу сразу на нескольких щитах в хороших и престижных районах города. Грюони эту инициативу одобрил и щедро проплатил.
Все стало налаживаться ближе к весне, настроение улучшилось, все взбодрились, и бизнес вновь пошел в гору.
В самом начале месяца, в первых числах марта, Татьяне позвонил Эдуард и сообщил:
– Мама очень больна. Ей необходимо хорошее обследование, я договорился уже в одной из ваших клиник. После восьмого марта я привезу ее. Сначала к тебе, наверное, а потом уже в клинику. Только я не смогу долго пробыть в Москве, придется тебе поухаживать.
Новость была просто шокирующая. Во-первых болезнь мамы сама по себе испугала, во-вторых дополнительная нагрузка в самый разгар торговли, нужно будет со всем справляться как-то. Да и встреча с мамой напрягала, как все пройдет, как она воспримет ее, свою «непутевую» дочь после долгого расставания.
Все это прокрутилось в голове Татьяны и она наконец спросила:
– А что с ней? Что-то серьезное?
– Обследование покажет, насколько серьезно, но предварительный диагноз не очень, похоже на Альцгеймера. Если будет прогрессировать, то придется ее кому-то из нас забирать к себе. Одна она не сможет. Да и сердце у нее шалит.
Татьяну как током прошибло. Слова «забирать к себе» показались ей такими же страшными, как и мамина болезнь. Они никогда не уживались вместе, и перспектива совместного проживания с больной мамой выглядела устрашающе. Но отказаться она, конечно же, не могла, поэтому сказала брату:
– Я поняла. Давай ее обследуем, пролечим. А потом будем решать. Вдруг все не так страшно.
Максим, узнав об этой печальной новости, постарался поддержать Татьяну.
– Ну не переживай, справимся. Это даже хорошо, что мама будет у нас на свадьбе. Помнишь, ты сомневалась в том, что она приедет? Мои тоже собираются, кстати. Сегодня только подтвердили.
Родители Максима были живы и здоровы, но жили на Дальнем Востоке, где когда-то долгое время служил его отец. В юные годы Максим уехал учиться в Москву, а после учебы, женившись на Алене, так и не вернулся в родительский дом. Но отношения с родителями поддерживал всегда. И наконец обрадовал их своей повторной женитьбой.
И все же Татьяна волновалась ни на шутку. Она никак не могла соединить все вместе: свою довольно напряженную работу и уход за мамой. Тем более, если диагноз подтвердится, и болезнь начнет прогрессировать, тогда придется нанимать сиделку. Все эти мысли роились у нее в голове, и она никак не могла собрать их воедино.
«Бедная мама», – все же подумала она, – «а ей каково? Вряд ли она горит желанием ехать сюда и жить со мной. Да, будет сложновато, мягко говоря».
– Ты опять задумалась, – услышала она озабоченный голос Максима и на минуточку отвлеклась от своих тяжелых мыслей. Ну что ж тут поделаешь? Надо принимать жизнь такой, какой она предстает пред тобой.
– Ладно, справимся, – сказала она Максиму. – Ну ты ведь понимаешь, что легко не будет. Мамин характер, ее болезнь. Нам придется набраться терпения.
– Нам его не занимать, по-моему. Если оно у нас не лопнуло до сих пор со всеми нашими передрягами, то больная старушка в доме – это сущий пустяк.
Татьяна с «сущим пустяком» согласна не была в душе, но промолчала. Не хотелось раньше времени накручивать и себя, и его. Как будет, так и будет.
После этого Татьяна с головой ушла в свою работу, приближался Женский день, торговля шла бойко, клиентов было много, и к вечеру она возвращалась домой совершенно разбитая, уставшая, но довольная. Объем продаж уже давно зашкалил за предполагаемую отметку, о чем она с удовольствием доложила Франко. Но он не сильно обрадовался, точнее, подошел к этим цифрам немного с другой стороны.
– Это означает только одно, Татьяна, что мы с тобой неверно спланировали, занизили возможные показатели реализации. Следующий раз нужно выбрать другую стратегию для планирования, на летний сезон, например. Постарайся, прикинь все по-умному. В мае приеду, обсудим.
По сути он был прав. Но предугадать спрос – это всегда самое слабое звено в бизнесе. Опыта летних продаж у нее еще не было, и кто знает, сколько посетителей будет у них за летний период. Отпуска, народ разъезжается, но ведь и приезжих прибавится. Да, задачка стояла не из легких.
Но наконец ажиотаж прошел, звонкой капелью в солнечный день отшумело 8 марта, и их бутик немного опустел. Всю оставшуюся одежду вывесили на вешалках и разложили на полках, и в подвальном складском помещении ничего почти не осталось.
– Делаем упор на распродажу вечерних туалетов: коктейльные платья, наряды для свадебных и юбилейных торжеств, для высоких приемов. Все это должно уйти к маю, а там поступит новая коллекция, лето-осень и новые вечерние наряды, – объясняла Татьяна Изольде. – Наши полки к маю должны быть почти пустыми.
Прошла новая реклама: вечерний эксклюзив, одежда для любых торжественных случаев из Милана, последние модные тенденции, натуральные шелка и шифоны, уникальные фасоны, и тому подобная информация, которая стала привлекать в их магазин богатую публику.