– Так, во-первых, что это за икона? Ты уверена, что это одна из наших? Нет, значит зря волнуешься. Во-вторых, если даже и из наших, при чем здесь мы вообще? Я все сдал в Дом антиквариата под роспись с полным освидетельствованием Турова, с надлежащими бумагами на каждую вещь. А уж как они попали на черный рынок, пусть разбираются в Москве.
– Так вот они и разбираются. И твоя фамилия была названа одним из спекулянтов, так они вышли на меня, – доказывала свое Татьяна.
Но Эдик был по-прежнему невозмутим.
– Успокойся, Таня. Нет у них на нас ничего. Я за каждую вещь отчитаюсь. Мне беспокоиться не о чем. Не первый раз такие вынюхивания, что да откуда. От верблюда. Я веду свой бизнес честно.
Но с этим Татьяна могла бы поспорить. Купить у какой-нибудь Женьки ценности за гроши, потом привести их в порядок, освидетельствовать и сдать в надлежащие руки. Те продадут, где и кому – история умалчивает, а затем вернут тебе твой гонорар с прибылью в тысячу процентов. Этот бизнес вряд ли можно с уверенностью назвать честным или прозрачным, как сейчас любят говорить. Но Татьяна знала своего брата, у него на каждую сделку, на каждую вещь имелась соответствующая бумага.
– Таня, ты не переживай, – продолжил разговор Эдуард, – ты здесь вообще ни при чем, понимаешь? Это мой бизнес, я разберусь. Не бери в голову.
– Легко тебе говорить. А у меня подписка о невыезде. И они собираются «копнуть глубже», как этот следователь выразился.
– Ну и что, пусть копают. Все равно все упрется в меня, а я чист, как нетронутый холст художника. Нравится тебе такое сравнение?
– Да ну тебя! – всердцах сказала Татьяна и попрощалась с братом.
В течение двух последующих недель Татьяну не раз приглашали для беседы, уточнения каких-то деталей, выуживания дополнительных сведений, но в конце концов отпустили с миром.
Эдуард же хранил молчание и ни в какие подробности сестру не посвящал. Татьяна немного успокоилась, перестала нервничать и срываться на Максима по пустякам. Хотя однажды он заявил ей:
– Ты знаешь, у меня такое впечатление, что ты мне что-то не договариваешь. Ты такая нервная последнее время.
– Да они замучили меня, Максим! Постоянные вызовы, беседы, расспросы. Главный фигурант в двух убийствах я у них, черт возьми! А предъявить толком ничего не могут. Да Изольда еще со своими глупостями.
– А ей-то что надо? Как бельмо в глазу. И все ведь из-за нее.
– Ой, перестань. Она такая же жертва в этой истории. Пострадавшая сторона.
– Да уж… так я и поверил.
Татьяне пришлось сменить тему. На самом деле Изольда Миллер каким-то образом узнала о том, что имя Эдуарда Садовского называлось спекулянтом, продавшим ее отцу икону, но не получившим обещанных денег. И у девушки возник естественный вопрос:
– А как ваш брат связан со всем этим, Татьяна Георгиевна? – спросила она ее напрямую, и в голосе звучали ноты подозрения.
Пришлось объяснять, что ее брат известен в антикварных кругах, как специалист своего дела и поставщик антикварных ценностей, попадающих к нему в магазин, в Дом антиквариата в Москве. Но кто-то из сотрудников этого дома оказался нечестным на руку, и решил подставить и ее брата.
– Эдуард в курсе этой истории, и он абсолютно спокоен, так как с черным рынком никак не связан, – сказала Изольде Татьяна. – Понимаешь, тут все так запуталось. Ты устроилась ко мне на работу, так как подозревала, что я причастна к смерти твоего отца, и ты хотела все выяснить. А теперь выходит, что это я специально вращаюсь вокруг вашей семьи с каким-то своим интересом.
– А вы знали, кто я, когда принимали меня на работу? – спросила девушка.
– Конечно знала, и была очень удивлена такой случайности. Но потом выяснилось, что ты устроилась ко мне преднамеренно, со своими целями и интересами.
Изольда покраснела.
– Не совсем так, – ответила она. – Да, я знала, что вы помогали Валерии Андреевне отсудить ее долю, я вам говорила уже об этом. И моя мама очень хотела во всем этом разобраться, но ей сказали, что ничего противозаконного вы не сделали. А что касается работы в этом бутике, то да, я действительно очень хотела этого. Хотя мама была против.
– Ладно, давай закроем эту тему уже. Раз и навсегда. Она нам мешает вести бизнес. Ты на взводе, я на нервах. А на нас лежит огромная ответственность, держится весь магазин. Договорились?
Татьяна специально не задавала Изольде вопросов относительно убийц Самсоновых. В конце концов все эти подробности можно узнать другим путем. Да и знает ли она, кто они?
Шел февраль месяц. В бутике Грюони, как и во всех подобных магазинах, было затишье. К концу февраля – началу марта начнется новое оживление, поэтому Татьяна Садовская ожидала поступление нового товара, который они отобрали с Франко для весенней продажи. Изольда уже подготовила буклеты с будущим ассортиментом и занималась распределением непроданных вещей в магазины города. Брали их охотно, к тому же все вещи были эксклюзивными, с хорошей торговой маркой, и цены на них были соответствующие.