Мы поспешили убраться из по-настоящему «проклятой пещеры». Жадно глотая свежий воздух, я повалилась на колени. Ладони приятно коснулись прохладной травы. К тому моменту, как я окончательно оправилась от пещерной вони и поднялась, готовая продолжать путь, неполная луна обрисовала недвижную фигуру капитана Джека Воробья. Тот что-то увлеченно рассматривал в подзорную трубу. Линзы смотрели на море, на противоположную от лагеря сторону острова. Подойдя ближе, я последовала примеру кэпа. Круглое окошко показало картинку, поначалу смутившую меня. Я даже подумала, что вижу «Странника» и «Жемчужину», державшихся подальше от неприступных берегов и оказавшихся в том месте чуть ли не чудом. Но стоило приглядеться, и открылась истина, заставившая колени нервно дрогнуть.
— У меня глюки или это «Летучий Голландец» и «Месть королевы Анны»? Вместе, — сглатывая ком, проблеяла я.
Напряженное сопение Джека послужило наиболее красноречивым ответом. Любой простой смертный, узнав, что такие корабли дуэтом причалили в нескольких милях, не удержался бы от холодного пота и дрожи. Для меня дела обстояли ещё хуже — ведь я знакома с их капитанами. И надо быть самым последним идиотом, чтобы решить, что это просто совпадение.
— Это же хорошо? — наивно спросила я. — Они ведь твои друзья…
— Друзей не существует, — мрачно отозвался Джек Воробей. Затем опустил трубу и, посмотрев на меня, добавил: — Есть лишь те, кто ещё не стали твоими врагами.
Я многозначительно кивнула, решив, что не самое подходящее время для философских дискуссий.
— Боюсь, нам не успеть, — покачала я головой.
— Нет, — согласился капитан, — но есть идея получше. — На пиратском лице засверкала одна из самых коварных улыбок.
Похоже, наши соперники точно знали, куда идти. Они подошли с севера, а потому не встретили на пути серьезных препятствий. У подножия горы мелькали огни факелов. Дождавшись, когда покров леса отступит, я разглядела троих крупного вида моряков, тащивших небольшую лодчонку. Они продвигались довольно быстро, явно зная какой-то путь. Держась края джунглей, отряд изредка скрывался за деревьям, но в основном пираты шли вдоль хребта, по заросшему травой склону вулкана.
Конечно, ожидание — не самая приятная вещь, но без него никуда, когда нужен «благоприятный момент». Мы укрылись в кустарнике, у края площадки. На удивление, мне даже удалось задремать. Луна бледнела, предвещая рассвет, когда наконец из джунглей донеслись голоса. Наши «невольные помощники» выбрались на уступ и со вздохами облегчения сбросили деревянную ношу. На их лицах читалась такая усталость, словно они сорок лет бродили по пустыне.
— Отвлеки их, — шикнул Джек на ухо.
— Хорошо, — тут же шепнула я, а потом опомнилась: — Что? — Но пирата и след простыл.
Недолго думая, я выхватила пистолет и выскочила из кустов с неестественным криком: «Улыбочку!». Их секундной оторопи было достаточно, чтобы капитан Воробей оглушил всех троих взмахом одной волшебной дубинки.
— Живее! — скомандовал кэп, бросая бревно.
Не церемонясь, плюя на синяки, ссадины и пещерную вонь, мы потащили шлюпку к гроту.
— «Улыбочку»? — на ходу удивился капитан Воробей. — Так нынче угрожают?
— Ты… сказал… отвлечь… — пыхтя, ответила я.
По плану следовало забрать содержимое сундука (или же сам ларец) и инкогнито вернуть лодку. Благо сделана она была из легкого дерева. Гладь озера пошла кругами, но, к счастью, вопреки ожиданиям, дерево яд не тронул. Джек быстро достиг сундука и торжественно выудил оттуда кусок пергамента, а я тем временем тщательно прислушивалась к звукам снаружи. Запихнув бумагу за пазуху, кэп вытащил лодку на берег, и мы двинулись в обратный путь. Заметно посветлело, над островом висли предрассветные сумерки. И всё же удача нам благоприятствовала — наши «друзья» всё так же безмятежно лежали у входа. Шлюпка почти достигла прежнего места, оставалось лишь развернуть её в нужном направлении. Мы упёрлись в борт, как вдруг Джек медленно поднял голову. Его взгляд словно через силу оторвался от банки.
Перед нами, тяжело опираясь на трость с черепом-набалдашником, высилась одноногая фигура капитана Гектора Барбоссы. Он глядел на нас, как на призрак бывшей жены (если она у него имелась бы). Не успел отпечаток оторопи исчезнуть с наших лиц, как на вершину взобрался ещё один пират. Точнее, пиратка. «Да ладно!» — беззвучно слетело с моих уст при взгляде на Элизабет Тёрнер.
— Какая приятная неожиданность! — Джек Воробей выровнялся и распростер руки в гостеприимных объятиях.
Барбосса холодно хмыкнул.
— Решил опередить меня, Джек? — оскалился он. Тот же в ответ искренне удивился.
Элизабет тем временем шагнула вперед, приглядываясь ко дну шлюпки.
— Она мокрая, — заметила девушка.
— Элизабет! — с придыханием воскликнул Воробей. — А ты опять сменила кавалера, — последовало ехидное замечание.
Миссис Тёрнер закатила глаза.
— Не увиливай, Джекки, ты что-то нашёл?
— А должен был?
— Довольно, — резко и хрипло выдал Барбосса. Сабля звякнула о ножны.
