Лагерь наполовину спал. В бессоннице коротали время я, Барбосса и несколько матросов, доигрывающих партию в кости — на ещё не поделённое испанское золото. Шкипер задумчиво поскрёбывал когтями редкую бородку, подбрасывая протезом мелкие сучья в костёр. Старый капитан почувствовал мой оскорбительно долгий взгляд и, не повернув головы, язвительно поинтересовался:
— Что, тискать больше некого?
Я сперва непонятливо изогнула бровь, затем опустила глаза к бутылке рома в руках.
— Как по-вашему, — помолчав, в сомнениях заговорила я, — похожа я на пиратку?
Тёмный проницательный взгляд тут же обратился ко мне. Я прикрылась бутылкой, как щитом. Барбосса сделал несколько глотков, сплюнул и усмехнулся:
— А ты знаешь, с каким звуком клинок рассекает плоть? Как трещат кости под саблей? Видела, как моряков на части разрывает пушечным ядром? Знаешь, от какого удара раскалывается череп? Как жгут пули? Или, может, знаешь, какова на вкус перемешанная с порохом кровь? — Я с трудом проглотила слюну, сжавшись в комок. Барбосса криво усмехнулся и добавил: — Распитие рома и ношение побрякушек ещё не делает тебя пиратом.
После такой отповеди и речи не могло быть о спокойной ночи. Долго я лежала на спине, разглядывая звёзды, точно в планетарии, пока огоньки не стали расплываться. Веки постепенно закрылись. Меня всё-таки сморило. По крайней мере, это была первая мысль, когда я резко подорвалась на примятой траве от мелодичного перезвона. В тёплой ночи стрекотали цикады. Пираты умиротворённо сопели, но костёр горел слишком ярко. Ветер, взявшийся словно из ниоткуда, забавлялся с искрами. Я была вполне уверена, что сплю, но гостья, будто отделившаяся из ночной темноты, казалась в равной степени реальной. «Тебе привиделось», — шарманкой зазвучал внутренний голос, однако знакомое волнение ощущалось вполне натурально. Я заговорила первой, но вопрос прозвучал отчего-то нерешительно:
— Зачем ты здесь?
— Чтобы помочь, — благодетельно улыбнулась Дестини. Она проплыла к костру, провела рукой над пламенем и опустилась на колени почти у самого огня, точно напротив. — Вы так близки.
Я поджала губы. В голову хлынула лавина вопросов — неминуемая при каждом появлении ведьмы. Кто она на самом деле? Как оказалась здесь? Откуда так много, непозволительно много знает? На что способна? И что, в конце концов, ей нужно?.. Хотя, пожалуй, на последний вопрос ответ имелся: в этом мире будто всем и каждому нужно было одно и то же — камень. То, сколько усилий было положено на его сокрытие и поиски, как минимум, разбивало все доказательства его обычности.
— Помнишь наш первый разговор? — Большие тёмные глаза плавно сместились в мою сторону. Проницательный взгляд считывал каждую эмоцию, каждую тревогу.
Как я могла забыть! Чем ближе камень, тем ближе неминуемая развязка: «Кому достанется ваша находка?». Претендентов больше, чем достаточно, а, когда камень предстанет перед нашими глазами, вряд ли речь успеет зайти о справедливом дележе. И всё же… Дестини говорила не об этом, а о выборе, что, по её словам, сулила мне судьба. Поселив в душе постоянный эгоистичный страх, гадалка вместе с тем зародила надежду на избавление от этого выбора. «Я спасу их обоих. Твоя печаль в тот момент будет лучшим казначеем». С самого разговора в шумной таверне на Тортуге, каждый раз, как наши жизни болтались на волоске, я тайно молилась, чтобы этот момент не наступил, ибо не знала, смогу ли принять требуемую плату. Но с недавних пор я осознала, хоть отчаянно не хотела признавать, что удивительная везучесть, завидная живучесть, покровительство Судьбы — всё это скоро закончится. Доказательством тому служило видение, при воспоминании о котором по-прежнему нутро сковывал холод. Дестини явилась вовремя.
— Ты говорила, передо мной будет выбор: погубить одного, чтобы спасти другого. — Гостья медленно прикрыла глаза. — Джек и Джеймс… речь о них… — Голос дрогнул. — Кого-то из них ждёт неминуемая гибель? — Молчание. Я подалась вперёд. — Но… но ты ведь можешь его спасти? Раз знаешь об этом!
Дестини склонила голову и успокаивающе улыбнулась.
— Увы, дорогая, — сочувственно вздохнула она, — будущее изменчиво. Над ним властно лишь Время. Судьба решает, чему быть. Я же вижу лишь отголоски. Поэтому мне не ведомо, кого из твоих спутников Смерть заберёт непременно. — Я опечаленно опустила голову, поджав губы. — Но к чему гадать? — неожиданно напористо заговорила Дестини. — Я же обещала, — широкая улыбка засветилась, едва я подняла взгляд. — Заключим сделку: я спасу обоих дорогих твоему сердцу пиратов, а ты взамен отдашь мне…
— Камень, — резко закончила я.
Густые брови ночной гостьи удивлённо дёрнулись. В глазах полыхнул огонь. Усмехнувшись чему-то, Дестини качнула головой.
