— Знаешь, перестав беспокоиться по пустякам, начинаешь внимательнее относиться к деталям. Внимательнее слушать. Элизабет себе места не находит из-за чувства вины. Наверное. Прям как в тот раз, когда она дала кракену сожрать Джека. И почему мне кажется, что Деруа забрал у вас нечто куда более ценное, более важное? То, ради чего и ты, и тем более Элизабет готовы броситься в адское пекло, пожертвовать жизнями и даже связаться с Воробьём. Вашего сына.
Вести диалог мало того, что с опытным, но ещё и с практически мёртвым пиратом оказалось делом не из лёгких. Бесстрастное лицо, холодные глаза, отвлечённый взгляд, отсутствие дыхания и прочих мелочей, что обыкновенно выдают в человеке волнение. Капитан Тёрнер не давал мне и шанса удостовериться в собственных гипотезах. В ответ на, казалось бы, сенсационное разоблачение он лишь развёл руками.
— Занятная теория. Но не больше.
Я парировала терпеливой благодушной улыбкой.
— Да ладно, Уилл, я здесь не во имя демонстрации дедуктивных методов и обсуждать условия вашей сделки не собираюсь. Нужно же было с чего-то начать, — по-доброму усмехнулась я.
— Тогда ради чего весь этот разговор? — серьёзно спросил капитан.
— Волею обстоятельств, к сожалению, связанных со мной, но никоим образом от меня независящих, ситуация сложилась так, что для безболезненного достижения некоторой цели мне никак не обойтись без твоей помощи.
Тёрнер хмыкнул и качнул головой.
— Говоришь, как Джек.
— Издержки нахождения в его обществе, — пожала я плечами, — ты и сам знаешь. — Выдержав короткую паузу, я весомо заметила: — Вы не интересуетесь Эфиром больше, чем необходимо. А зря.
Уильям плеснул в кружку тёмного напитка и на несколько минут отошёл к окну.
— Более ценное, говоришь?
Я широко заулыбалась.
— О, я расскажу, но сначала, — я подалась вперёд и чётко выговорила: — Я хочу встретиться с Деруа.
Уильям резко обернулся.
— Так это твоя цель? Зачем?
— Скажем так, — палец черкнул по столу абстрактный завиток, — он задолжал мне мою жизнь.
У меня в голове сложилось множество вариантов развития событий. Пусть Уилл и не подтвердил прямым текстом догадку об истинной цене сделки, отрицать этого он тоже не торопился. Сказанное накануне Уитлокку отнюдь не было порывом эмоций или брошенной сгоряча колкостью: я твёрдо намеревалась убрать свою жизнь из списка ставок, вопрос был лишь в методах и средствах. А что может послужить лучше в вопросах силы и влияния на море, чем не «Летучий Голландец»?.. Пусть за нами шло два брига, призрачному галеону они не противники. Получи я согласие Тёрнера, и Деруа в скором времени потеряет способность к любым приказам, превратившись из тюремщика в пленника. Вдалеке уже слышался предвкушённый залп пушек, как вдруг Уилл сказал:
— Его нет на том корабле. Думаешь, будь он в море…
— Нет? — встрепенулась я.
Пират покачал головой.
— Только первый помощник. Деруа укрылся где-то на суше и, уверен, достаточно подстраховался.
Я снисходительно фыркнула.
— Но в чём смысл? Допустим, кто-то принесёт ему камень, ты, например, а что с остальными?
Уилл неспешно направился к столу и объяснил:
— Я должен был удостовериться, что камень при вас, а затем — сдать им. Если что-то пойдёт не так, Генри умрёт.
Несколько минут в молчании я задумчиво почёсывала бровь, пытаясь понять, как и какие карты разыграть. Уилл так же молча наблюдал за мной, но помогать не торопился, ибо преимущество, он знал, на его стороне.
— Мы захватим «Голландец», — наконец заявила я. Тёрнер даже не попытался скрыть недоумения от такого абсурдного предложения. — Бриг под командой первого помощника должен доставить нас к Деруа, так? Подай им сигнал, сообщи, что камень у нас: приходи да забирай. — Довольно улыбнувшись, я откинулась на спинку кресла. — Когда они подойдут, мы устроим бунт. Не волнуйся, — к Тёрнеру обратился мой уверенный взгляд, — всё будет выглядеть предельно правдоподобно, поскольку, узнай мои друзья-капитаны о подобной сделке, сотрудничать уж точно не захотят, но, если этим «предательством» аргументировать захват… — Многозначительно сверкнули глаза. — В таком случае ты никоим образом себя не скомпрометируешь перед Деруа и Генри не пострадает, а мы, в свою очередь, узнаем, где скрывается француз, и при встрече с ним я обязательно добуду сведения о твоём сыне.
— Почему ты так уверена, что я не пойду по простому пути и не сдам вас, согласно уговору? — прямо спросил капитан «Голландца».
— Потому что до сих пор этого не сделал. К тому же, сдаётся мне, мои слова, что камень — нечто куда более ценное, для тебя не просто красивая приманка. Разница лишь в том, что, в отличие от многих, могущество этой стекляшки вы с Элизабет не ставите превыше семейных ценностей.
Уилл со стуком опустил на стол кружку.
— Учти, помогать я не стану, если что-то пойдёт не так. Я и так рискую слишком многим. И в любом случае…
— Ты останешься в выигрыше. Я понимаю.
