Нерон. Безумие и реальность полностью

Сыну Агриппины было дано имя Луций. Его полное имя звучало как Луций Домиций Агенобарб, в честь отца. Однако в возрасте 12 лет Луцию придется отказаться от этого имени. Его отец к тому времени уже давно умрет, мать в третий раз выйдет замуж, а сам он будет усыновлен ее новым мужем. После усыновления он получит имя Нерон Клавдий Цезарь Друз Германик, или просто Нерон. В 16 лет он станет пятым императором Римской империи.

Калигула прибыл в Анций через несколько дней после рождения младенца, чтобы поглядеть на него и отметить семейный праздник dies lustricus, в сопровождении многочисленных слуг, рабов и придворных, а также нескольких близких и дальних родственников. Император хорошо знал это место. Он сам родился на этой вилле, в роскошном огромном поместье[217]. Бывшее пиратское гнездо Анций, расположенное на живописном берегу Тирренского моря, превратилось в великолепное убежище для богатых современников, которые, находясь на приличном расстоянии от Рима, убегали от невыносимо жаркой и душной столицы, особенно в разгар лета[218].

Вероятно, приветствие между Калигулой и его сестрой было сердечным, поскольку на раннем этапе правления Калигулы они были очень близки. Но это не означало, что известие о рождении племянника вызвало у Калигулы эйфорию. Как и любое пополнение в ближайшем окружении правителя, появление на свет племянника обладало огромным династическим и семейным значением[219]. В 37 году Агриппина еще не думала об этом. У нее и ее брата были схожие взгляды на мир, и, несмотря на их юный возраст, они уже пережили трудные времена. История их семьи была непростой.

Агриппина и Калигула были детьми Германика и Агриппины Старшей и всю свою прежнюю жизнь провели на глазах у публики. Их отец Германик был самым выдающимся полководцем Римской империи того времени и внучатым племянником Августа[220]. Агриппина Старшая имела еще более знатное происхождение: Август был ее дедушкой, а его единственная дочь Юлия – ее матерью[221]. Брак Германика и Агриппины считался образцовым для всех семейных пар в Риме.

Согласно официальной пропаганде Августа, основанной на широко распространенных представлениях, отказ от традиционных ценностей и морали в наибольшей степени способствовал упадку res publica. Двумя этапами Август ввел в действие законы о браках, чтобы противостоять этому злу: leges Iuliae et Papiae ужесточили наказания за прелюбодеяние, поставили в невыгодное юридическое положение холостяков, например в отношении наследства, и наделили привилегиями пары, которые зачали или родили минимум троих детей[222]. Германик и Агриппина идеально соответствовали всем этим требованиям. В тщательно срежиссированных постановках они позволили людям разделить их счастье. Их общие отпрыски, Нерон Цезарь, Друз Цезарь, Гай Цезарь, Агриппина, Друзилла и Юлия Ливилла (еще трое умерли во младенчестве), с раннего возраста должны были исполнять общественные обязанности членов императорского дома. Свое прозвище Калигула получил как раз в это время: в трехлетнем возрасте Гай Цезарь разгуливал по военным лагерям своего отца в специально изготовленных миниатюрных солдатских башмаках caligae[223]. Первой публичной ролью Калигулы была роль солдатского талисмана.

Популярность семьи Германика в народе местами носила гротескный характер. В частности, люди не могли насытиться лицезрением самого Германика. Светоний без стеснения описывает его внутренние и внешние качества: по словам Светония, Германик превосходил всех по любым показателям; только его икры, как отмечает античный биограф, были слишком тощими и не совсем подходили званию идеально сложенного человека[224]. Девять преторианских когорт безоговорочно подчинялись Германику. По прибытии в Рим все 4500 гвардейцев, находившихся под его командованием, устремились ему навстречу, выйдя далеко за пределы городских стен и тем самым игнорируя приказ, согласно которому максимум двум когортам разрешалось покидать город одновременно[225].

Германик был в центре внимания общественности не в последнюю очередь потому, что Август избрал его преемником Тиберия. Август пережил всех своих племянников и внуков. Последним реальным вариантом был его пасынок Тиберий, выдающийся военный, но подозрительный и застенчивый до глубины души человек. Тиберию было уже за 40, когда Август усыновил его в 4 году и с тех пор последовательно наделял полномочиями, которые определяли и его собственное особое положение. Тем не менее Август прожил еще 10 лет и освободил сцену для Тиберия в 14 году; ему было почти 76 лет[226]. Тиберий, в свою очередь, по воле старика одновременно с собственным усыновлением должен был усыновить народного героя Германика и тем самым назначить его следующим императором – в обход собственного сына Друза и других сыновей, которые еще могли бы у него родиться[227].