Внезапно дверь спальни распахнулась. Агриппина и ее рабыня вздрогнули. В коридоре показались слуги, которые с тревогой заглядывали в комнату госпожи. Трое мужчин вошли и молча приблизились к кровати, на которой лежала Агриппина. Их предводитель носил одежду зажиточного обывателя. Двое других были солдатами, но не преторианцами. Неподалеку в Неаполитанском заливе находилась крупная военно-морская база Мизен. Возможно, они пришли оттуда. Один из мужчин нес дубинку – зачем? Рабыня Агриппины медленно поднялась с табурета, на котором сидела, и, не сводя глаз с незнакомцев, вышла из комнаты. Что бы здесь ни происходило, это не ее война. Агриппина что-то сказала, но слова не доходили до сознания рабыни.
В коридоре за дверью стояли еще несколько солдат с обнаженными мечами. Некоторые из домочадцев держались за руки. Агриппина не была плохой госпожой, судьба каждого из них могла сложиться куда хуже. Рабыня прислонилась к холодной каменной стене и медленно опустилась на корточки. Тяжелая деревянная дверь снова захлопнулась, Агриппина осталась за ней наедине с тремя мужчинами. Теперь ее голос был слышен снаружи, только очень тихий и неразборчивый. Глухой удар, похожий на звук падающей с рыночного прилавка на улице тыквы, заглушил то, что Агриппина хотела сказать. Упал предмет мебели, разбилось вдребезги стекло, раздался короткий вскрик. Через несколько мгновений дверь открылась, и вышли трое мужчин, на дубинках и мечах блестела кровь. Во дворе стояли лошади. Рабыня Агриппины наблюдала, как убийцы уезжали по прибрежной дороге в Байи. В Байях, всего в двух километрах от места преступления, император ожидал новостей[712].
<p>Убийство матери</p>Агриппина была убита по приказу Нерона в 43 года на вилле, принадлежавшей императорской семье, в Баули, на территории современной бухты Поццуоли, к северу от Неаполитанского залива. Это одно из самых громких преступлений в истории.
Убийства отцов, братьев, собственных детей или других родственников происходили в Риме неоднократно. Однако случаи матереубийства в древней истории крайне редки. Разумеется, всем образованным людям знакомы непростые семейные обстоятельства Атридов, породившие мифологического убийцу матери Ореста, а также история Алкмеона, героя из Аргоса, который убил свою вероломную мать по приказу оскорбленного отца. Кроме того, эта тема не раз возникала в эллинистических правящих династиях. Считается, что в 284 году до н. э. Клеарх, царь Гераклеи, и его брат утопили свою мать Амастриду в Черном море, а в 101 году до н. э. один из сыновей коварно убил Клеопатру III после того, как она, в свою очередь, попыталась отправить его в мир иной[713]. Никто в Риме не удивился тогда такому повороту событий – ведь при исполненных разврата царских дворах Востока браки между братьями и сестрами также не были чем-то необычным. К счастью, подобное поветрие миновало Рим, и вместо Антония, раба любви Клеопатры VII из рода Птолемеев, верх взял строгий в отношении нравов Октавиан, основавший Римскую империю. То, что римский император в лице Нерона убил собственную мать, было действительно уму непостижимо.
