Играют. Играют. Играют. Не щадят себя. Да. Не щадят себя.
Успех. Попали. Вышли в финал. Позиция. Какая? Неустойчивая. Ладно.
Фантастический бросок. Ответ.
Черт! Это и впрямь был высокий класс. Не знаю, как сказать. Да и как такое расскажешь – телевидение бы сюда!
О-о-о, снова три интересных броска, только я не знаю, как они называются. Этот – тому, а тот – третьему, а это, кажется, «свеча». (Свисток.) Дай попить, в горле пересохло. Подожди, пиджак сниму.
Играют. Играют. Хорошо. Держись! О-о-о! Ян Англик флегматично усмехается в усы. Смотрит. Он бдителен и безус. Браво!
Играют, играют. Этот встал на одно колено и отбил, подачи – верхняя, боковая, прямая, острая, кислая, мокрая (не могу разобрать, что здесь понаписано).
А мегерочка платье поправляет, причесочку, ручки отряхивает – с достоинством, оглядывается торжествующе. (Свисток.)
Смена позиций. (Забыл.)
Играют, играют, не щадят себя – жестко, остро. А этот – как француз: загорелся, погас. Усмехается скептически. Рира бьен ки рира ле дернье[28].
Хорошо, хорошо. Играют. Эх, прошляпил! Расстроен, смущен. (Свисток.) Дай попить. Жарко.
Классический бросок. Мяч. Подал, отбил – крыло, центр. Свисток. Угол. Центр. Сет. Заслон. Накат. En avant[29]. Шах! (Дошкольник корчится от смеха.) Ау… аут. У-у-ух! Молодчина!
Темп, темп. Раунд, трасса, дуло, мушка, лимузин. Пикник, банкет. Команда, котлета. Корт, форт, торт, мопс. В огороде бузина, а в Киеве дядька. Байдарка, ромашка. Верх, низ, рекорд, вихрь.
Скажи, чтобы отошли, – заслоняют. И нечего было карандашом калякать: я не могу разобрать, и приходится фантазировать. (Свисток.)
Играют, играют. Перехватили инициативу.
Я прямо засмотрелся. Темп, темп. Гол. Фол. Молниеносно.
Не знал, что так трудно одновременно смотреть и говорить. И какое отношение это имеет к научному обществу?
И почему именно я спортивный комментатор, а не кто-нибудь из вас? Укусит тебя микрофон, что ли, поцарапает, толкнет, ущипнет? (Свисток.) А если не получится – что, солнце перестанет светить или земля – вертеться? И вообще, в чем дело? Пока земля не трогалась с места, люди тоже умом не трогались. А нынче все завертелось в безумном танце: фокс, файв, трот, флит, бридж… дурдом. (Свисток.)
О-о-о, красиво. Но надо разбираться, надо понимать, знать. И надо передачу подготовить, разработать.
Я могу, а тебе не стоит: будут потом говорить, мол, поэтому ты сидишь тут как на именинах. Знаю я таких: вокруг работа, борьба, сражение, идеи – а он расселся и любуется собой. Работа кипит, все время что-то требуется – время, деньги, и то и другое, а она сидит как засватанная… (Свисток.)
Ну давай листок. Раз начал, надо довести до конца. Я не знал, что в спорте – в волейболе – так хорошо можно узнать человека: кто эгоист, кто хищник – расталкивает локтями; этот общественник, тот самоотверженный, этот вынюхивает, ждет удобного случая.
Ты посмотри, надо же. Мог ведь перепасовать, так нет. Мессенец, гад, Аристомен… у-у-у, Брахмапутра, – предпочел сам напортачить!
Смена позиций. (Свисток.)
Играют, играют. Волейбол. Стремительный темп. Высокий уровень. Ситуация. Кондиция. Большие амбиции. Техническое преимущество.
Нет. Это уже было.
О-о-о, подпрыгнул. Отбил. Удар. Фол. Локаут, конфликт, кубок, контракт, экспорт. Полупрострел. Demi place[30]. Дистанция. Тренинг. Ракетка. Регата. Бросок с земли (упал, лежит) – аут. В отчаянии.
Пять на пять. Ступор. Штопор. Demi vierge[31]. Шатобриан. Солнечный климат, плодородные почвы, обилие фруктовых деревьев. Выращивание бананов в Южной Австралии…
Что за ерунду он тут понаписывал, на этом листочке? А я откуда мог знать, что это конспект, страница из школьной тетради? Надо было зачеркнуть ненужное. (Свисток.)
Играют, играют… Слушайте, оставьте вы меня в покое! Каждый должен заниматься своим делом. Нельзя из радио делать обезьяну.
Комментатор – это комментатор. Не я!
А о Тиртее я вам завтра прочитаю или еще когда-нибудь – если захотите.
Люди удивляются и обижаются: врач же, а не хочет дать совет. Что поделаешь: порой я знаю, какое прописать лекарство, но не знаю, что за болезнь, а порой болезнь распознаю, да понятия не имею, как лечить. Или знаю, что принимать, но не знаю, сколько и когда, до еды или после, с молоком или на сахарном сиропе. Или знаю и уже выписываю рецепт, а тут мама: не будет ли осложнений, не разовьется ли, к примеру, туберкулез? А я ей, встревоженной: туберкулез – вряд ли, но даже если вдруг, то с возрастом пройдет – перерастет. Успокаиваю.
В первый же день мама сообщает, что сынок подгорел на солнце.
Та-ак, диагноз поставлен, задача упрощается.
– Жжет?
– Жжет.
– Болит?
– Болит.
