— Вот это, — отвечает доктор, — и плохо, что не скандалит. Главная-то беда, что в квартире этой скандалов нет. Жена ваша в непривычную для нее обстановку попала. Без скандалов она как цветок без воды. Вянет. Переезжайте как можно скорей!
Услышав эти слова, Лизочка моя засияла. Обрадовалась.
— Переедем, Васенька, отсюда. Не могу я по соседству с глухонемой жить. Не привыкла. Она ведь на мои оскорбления даже внимания не обращает. Только молчит и улыбается!
И тут же добавляет:
— Вот мы с тобой десять лет живем, а я целыми днями дома. А от нечего делать одно развлечение — с соседями поговорить!
И, выслушав эти слова, понял я, по чьей вине скандалы в доме происходили. Виноват, оказывается, был во всем я сам. Любил очень Лизочку. Здоровье ее оберегал. И хотя она много раз собиралась идти работать, я ее всегда отговаривал: хватит, говорю, и моего заработка. Сиди и отдыхай.
Но уж после всей этой истории пошла Лизочка работать. Я ей сам работу подыскал. У нас на заводе. Табель вести.
И с тех пор живем мы дружно и тихо. Лиза моя целыми днями на заводе, а вечером в доме общественными делами занимается.
Ну прямо не узнать человека. С соседями стала ласковой, доброй, со всеми дружна, и в нашем доме избрали ее председателем товарищеского суда. Скандалистов, значит, судит.
Так что, если вам расскажут об активистке Елизавете Павловне Скворцовой и о том, какие полезные дела она делает, так и знайте, дорогие товарищи: Елизавета Павловна — это и есть моя жена, Лизочка. Бывшая иждивенка и отчаянная скандалистка!
Четыре месяца тому назад обоз передвижного зверинца ехал в село Тучки на большую осеннюю ярмарку. Невдалеке от этого села в обозе случилась большая неприятность: из старой, давно не ремонтированной клетки выскочил галицийский волк. Ошалев от неожиданной радости, зверь не знал, что ему делать, куда бежать. Сперва он кинулся под телегу, потом — в овсы, из овсов снова выскочил на дорогу. Произошла паника: лошади помчали прямо в овраг, две телеги перевернулись, а с третьей сорвалась и ринулась к далеким перелескам молодая быстроногая антилопа-гну.
Произошло все это в одно дыхание: грек Ампулио, сопровождавший обоз, не успел и охнуть. Он заохал и стал выкрикивать разные отчаянные слова, когда антилопа и волк пропали с глаз.
Теперь Ампулио, круглый, бритоголовый здоровяк мужчина, стоит перед народным судом и обосновывает иск, предъявленный администрацией передвижного зверинца колхозу «Муравей».
Колхоз этот расположен в пятидесяти километрах от места, где произошла авария, но доказано, что антилопу поймали колхозники «Муравья», поместили ее в свой омшаник и в течение месяца скрывали этот факт. Антилопа погибла, и зверинец понес убыток в размере 1 200 рублей. Пусть колхоз внесет эту сумму на текущий счет зверинца.
В судебном зале сидят старики Иван Ненашкин, Прохор Окунев и старуха Китаиха. Из молодых колхозников здесь присутствует только Семен Дымов, член правления «Муравья». Он уже дал суду свои показания. Суть их в том, что ни правленцы колхоза, ни активисты, ни животноводы не повинны в гибели антилопы. Эту антилопу поймали, посадили в омшаник, ухаживали за ней телячий пастух Ненашкин и сторож колхозных огородов Окунев, тихие, малоприметные колхозные старики. Они сообщили председателю «Муравья», что к телячьему стаду приблудился чей-то бычок, но время было горячее — колхоз молотил хлеб, поднимал зябь, — и председатель не обратил на это сообщение внимания. Однако, когда в деревне пошли разговоры, что старики Ненашкин и Окунев поймали какого-то диковинного, совсем необыкновенного бычка, председатель велел завхозу, то есть Семену Дымову, съездить в залесный омшаник, посмотреть приблудного бычка, и если это действительно стоящий бычок, то дать объявление в районную газету. Семен Дымов хотел поехать в омшаник, но повстречал старика Прохора Окунева, и тот сказал:
— Нечего тебе ехать: подох он, бычок-то!
И если бы не старуха Евдокия Китаиха, то до сих пор никто не догадался бы, что это была антилопа, а не бычок.
— Гражданка Китаева! — обращается председатель суда к низкорослой, ласково улыбающейся старухе. — Что вы можете сказать по настоящему делу? Сообщите суду, при каких обстоятельствах вы обнаружили в лесу антилопу.
— Я по маслята ходила. Как раз после дождя было.
— Так. И где же вы увидели антилопу?
— Где увидели? В лесу и увидели. Беру я маслятки, а он, бычок-то, тихонько подбег, я и не слышала совсем, как он и подбег-то.
— Так. И вы что, поймали его, что ли? Ухватили?
— Уж больно ты, товарищ, прыткий! — горячо возражает Китаиха. — «Ухватили?»! Глянула я на него, и в животе у меня даже морозно стало. Хочу крикнуть — нету голоса.
— Так. Дальше?