Я не хочу пугать тебя, но тут все не очень хорошо идет. Я рассказала своим братьям о наших планах, и, можно сказать, что они не готовы воспринять раздел состояния, который я предложила. Я могу задержаться тут еще на пару дней. Знаю, что ты сердишься. Что ты была бы рада просто отдать им деньги моей матери и покончить с этим, но я все же думаю, что мы сможем разработать равноправное соглашение. Я просто должна объяснить им пожелания матери. Возможно, если они увидят что-то желанное для себя, они поймут.
Я люблю тебя, моя дорогая. Спасибо за то, что ты так терпелива.
Всегда твоя,
Мо
Глава 26
Я проснулась, когда солнце уже высоко стояло в чистом небе, бросая горячие лучи на мое лицо. Я села, – крыльцо и мои усталые кости протестующе заскрипели, – и потянулась. Озеро мерцало, молчаливо желая мне доброго утра. Тонкий налет росы намочил мою одежду, и легкий бриз вызывал дрожь, несмотря на жаркое солнце. Скопа скользнул над гладью воды, а затем нырнула, тут же появившись обратно даже без всплеска с крошечной рыбкой в когтях. Я проследила за ее полетом в сторону леса, позволив своему взгляду обратится к Сестре, в стеклах которой отражалось солнце.
Ворох сомнений и эмоций, не отпускавший меня и во сне, отступил. Вместо этого я чувствовала спокойное любопытство, переплетенное с легким волнением, от которого у меня покалывало пальцы.
Я была не права.
Я улыбнулась сама себе. В жизни не была так счастлива ошибиться.
Она не была убийцей. Она не забила никого топором.
И, что самое важное: она не была натуралкой.
Это уж точно.
Отчаянный зевок стер улыбку с моего лица, заставляя снова потянуться. Опустив руки, я взглянула на часы. Было 9:45. Пятница.
- Бл..ь
Сегодня же пересмотр моего дела со специальными уполномоченными графства… сразу после обсуждения бюджета, начинающегося… через двадцать минут.
Я вскочила с крыльца, ворвалась в дом, влетела на второй этаж, перескакивая через две ступеньки, не обращая внимания на резко протестующее колено.
Натянув свою униформу, я поспешила обратно вниз, на ходу застегивая пуговицы и молнии, и направилась к черному ходу. Я уже завела машину и собралась выезжать, когда увидела появившуюся на пороге Сестры Миранду.
Боже, как она была красива. Легкий ветерок развевал ее волосы.
Мое сердце отстучало чечетку. Нерешительная улыбка коснулась ее губ, и Миранда помахала мне рукой. Я замерла, мысленно паникуя. Она хочет поговорить сейчас? Вот ведь беда! У меня совсем нет времени на то, чтобы давать ей какие-либо объяснения.
Я изобразила извиняющийся жест и похлопала себя по часам, прежде чем развернуть автомобиль в сторону дороги. Мне даже не нужно было смотреть в зеркало заднего вида, чтобы представить удрученное лицо Миранды.
- Я тебя не отшиваю, – крикнула я, надеясь, что она поймет. – Честно.
***
Здание комиссии графства было гораздо более внушительным и гораздо менее мобильным, чем все прочие офисные здания Спрингпорта. Во-первых, оно было кирпичным и в три этажа высотой. И, во-вторых, у него не было колес. Национальный, государственный и флаг графства развевались над моей головой, когда я вошла во двор. Я быстро поднялась по полукруглой лестнице к двойным высоким дверям, ведущим внутрь здания. На входе пришлось проморгаться, чтобы привыкнуть в бледному свету внутри. Маленькую нишу слева украшали масляные картины, изображавшие предыдущих губернаторов. Впереди коридор перегораживал стол охраны и рамка металлодетектора, еще несколько вооруженных охранников стояли у дверей зала совещаний. От всей этой строгой формальности вкупе с надвигающимся пересмотром бюджета, у меня забурчало в животе. Или, возможно, дело было в отсутствии завтрака. Не знаю. Как бы то ни было, это была неприятная и слегка пугающая ситуация. Я расписалась и рванула по рассыпающим эхо моих шагов мраморным плитам коридора к широкой двери с надписью ‘Зал №27’.
Я вошла. Изнутри зал был облицован деревянными панелями, как и коридор, но тут были низкие потолки и потрепанная, но еще пригодная к эксплуатации, мебель. Несколько людей сидели на стульях в секторе, отделенном от нас пластиковыми перилами. Эллис стоял на кафедре перед группой мужчин и женщин, являющихся специальными уполномоченными графства. Я плюхнулась на стул в задней части зала, надеясь, что мое опоздание не будет отмечено или использовано против меня.
- Да, – Эллис вещал свой самым самодовольным тоном. Его плечи были отодвинуты назад, а живот дергался, как выброшенная на берег рыба, – это выгодно для наших соседей и выгодно для всех нас. Мы должны вкладывать капиталы в наше будущее, а наше будущее – это наши дети.
«О, великолепно, Эллис, – подумала я, – цитирование Уитни Хьюстон – это всегда превосходный аргумент в споре».
- А что с имеющимся оборудованием детской площадки? В каком оно состоянии?
- О, оно в порядке, – ответил Эллис, – но дополнительные ассигнования в размере ста семидесяти шести тысяч позволят нам закупить все самое новое.
Я выпрямилась на стуле. «Сто семьдесят шесть тысяч?»
Эллис сделал широкий жест руками.
