Я вошла внутрь и запихала руки в карманы, все еще чувствуя себя весьма взъерошенной. Адреналин так просто не отпускает.
Темнота покрывала переднюю часть холла и гостиную, разрезаемая полосой света, вторгающейся из задней части холла и нежно окутывающей крыльцо. Темная фигура выделялась на фоне черноты гостиной, и я видела, как она ушла подальше от света, остановившись возле камина, где луч луны, прокравшийся в щель между задернутыми занавесками, высветил профиль Миранды.
- Ты задала мне вопрос…
Полуосвещенное лицо Миранды было жестким и гладким, будто могильная плита, хранящая тайны смерти. Который вопрос она имеет в виду? Я хотела забрать назад все свои вопросы, абсолютно все, и просто уйти. Я не хотела видеть то, что скрывал этот каменный взгляд. Но было слишком поздно.
- Ты не должна… – заметила я, медленно заходя в комнату.
Я встала у окна, оставляя широкую полосу темного пола между нами. Миранда тихонько вздохнула, я услышала явную дрожь в ее дыхании. В течение долгих секунд она молчала.
- Знаешь, я надеялась, что тут все будет по-другому, – начала Миранда, и голос ее был дрожащим и искренним.
Я присела на край дивана, немного расслабив напряженные мышцы.
- Надежда и я – мы жили в самых угнетающих местах. Ты представить себе не можешь… гостиничные номера и меблированные квартиры. А потом однажды я проснулась и поняла, как сильно устала от этого… устала от флуоресцентных ламп и неописуемой мебели, от библии на тумбочке у кровати… устала от бегства. Не так нужно растить детей…
Миранда засопела, повернула голову в сторону, и длинные белокурые волосы качнулись вперед, отсвечивая золотом даже в темноте, на мгновение прикрыв ее лицо, прежде чем женщина смахнула их. Когда она повернулась обратно, след стертой слезы блестел на ее щеке. Я скрестила руки на груди, подавив желание успокоить ее, убедить не рассказывать это – так мне было ее жалко.
- И я начала искать. На самом деле я не знала, что ищу. Я проехала несколько городов. Ни один не казался правильным. Агенты по продаже недвижимости показали мне множество домов. А потом я увидела это место.
Миранда на секунду замолчала, и я заметила призрак улыбки на ее губах.
- Я просто знала. Я увидела это место. Настолько красивое… настолько полное теплотой. В тот день ярко сияло солнце. Я помню, что в его свете все выглядело золотым и спелым. Озеро искрилось светом и, казалось, подмигивало мне. А потом агент по недвижимости показала мне дом изнутри. Конечно, тут многое нужно было переделать, чтобы поселиться, но меня это не волновало. Это было то самое место, – Миранда кивнула, будто снова убеждаясь в этом. – Когда мы вошли, я посмотрела на озеро и заметила темную фигуру, двигающуюся вдоль берега. Мне пришлось прикрыть глаза рукой от солнца, чтобы что-то разглядеть.
В этот момент Миранда по-настоящему улыбнулась. Я видела, как поднялись уголки рта, и облегченно выдохнула, только сейчас заметив, что затаила дыхание.
- Это была ты, – сказала она. – Ты была прекрасна, солнце делало тебя золотой, но самым запомнившимся было не это, а твое лицо. Его выражение. Ты выглядела мирной… такой спокойной. И я подумала: ‘я хочу это’.
У меня перехватило горло, а сердце застучало вдвое быстрее. Казалось, что я могу разрыдаться прямо сейчас.
- Я хотела этот покой, – продолжала Миранда, – хотела почувствовать себя такой мирной снова. – Она опустилась на диван, будто ноги перестали ее держать. – Я подумала, что мы могли бы начать сначала здесь. Что здесь все будет… ну, не знаю… более легким.
Ее улыбка исчезла, губы дрожали. Долгую минуту Миранда молчала.
- Это слишком трудно. Я не могу… – резко вздохнув, она откинула голову назад.
- Не нужно. Ты не должна…
- Нет, должна.
- Но я знаю, Миранда. Ты не должна рассказывать мне. Я знаю о твоем муже. Я знаю, что меня это должно нервировать, даже пугать… что должна поступить правильно. Должна пойти в полицию. Но прямо сейчас…
И тут Миранда прервала меня, доказывая, что она еще более странная, чем я могла себе представить. Она рассмеялась. Нет, она фыркала. Она кудахтала. Она хваталась за бока и складывалась пополам с громким ржанием.
- Я… прости… – наконец просипела она, когда я встала и уставилась на нее с открытым ртом. Миранда еще раз хихикнула, затем вздохнула, вытирая руками слезы в уголках глаз. – Вообще-то я не должна извиняться. Я должна чувствовать себя глубоко оскорбленной. Ты считаешь, что я убила своего мужа, – очередной поток хихиканья. – И ты правда поверила… – Бормотание, хихиканье, вздох. – О, мой… Ты на полном серьезе так думала…
Миранда старательно сделала серьезное лицо и взяла себя в руки, хотя уголок ее губ продолжал слегка подергиваться.
- У тебя, – ах, этот глубокий, околдовывающий тембр, – очень богатое воображение. У меня нет мужа, Джо. Никогда не было… и конечно я никогда его не убивала. – Несмотря на то, как ее развлекала вся эта ситуация, Миранда казалась довольно искренней.
- Но… ты… и… Погоди минутку! У меня есть доказательства!
Миранда снова фыркнула.
Вдруг светлая мысль мелькнула в моих уничтоженных рассуждениях – тот самый «ага!»-момент.
