- Но что насчет штата Техас? Водительской лицензии и твоей футболки? И что насчет Надежды?
Светлые брови поднялись на пару миллиметров.
- А что насчет нее?
- Ну, очевидно, у нее должен быть отец, хоть какой-то. – «Съешь это!»
Миранда спокойно кивнула.
- Конечно. Очень солидная и предупредительная пробирка.
Я со свистом выдохнула.
- Пробирка? – недоверчиво продолжила я. – Но… но… Филипп Бёрнхам? Он отец. Ведь он же?
Морщина появилась на лбу Миранды. Женщина наклонилась ко мне, сдвинувшись на самый краешек дивана, и с беспокойством уставилась на меня. «Она думает, что я сумасшедшая!»
- Нет, если, конечно, Филипп Бёрнхам не был Экземпляром №47. Говорю тебе, у меня никогда не было мужа.
Плавая в море недоразумений, я вцепилась свою теорию будто в обломки разбитой штормом лодки.
- А как насчет того мужчины! – выпалила я в ответ, решив закидать ее всеми фактами, которые отметила в своем мысленном списке ‘виновна’. – Я видела его. Я слышала, что он тебе сказал. И как ты говорила по телефону тем утром, я тоже слышала! Ты предупреждала кого-то, чтобы они держались подальше! И… и… Зоя! – я направила на Миранду указующий перст, чтобы подчеркнуть серьезность всего, что стоит за этим именем. – Зоя Финч. Я знаю все о ней.
Миранда побледнела, выражение развлечения на ее лице растаяло.
- Тогда ты должна знать о Надежде?
Этот вопрос сбил меня с толку. Надежда?
Видя мое замешательство, Миранда кивнула.
- Ясно. Ты ничего не знаешь.
Глава 25
- Слушай, – сказала Миранда, поднимаясь с дивана. Голос ее был усталым и отрешенным. – Не знаю, как тебе, но для меня сейчас бутылка пива – просто манна небесная. Будешь?
Я дважды кивнула и тряхнула головой, как мокрый пёс.
- Пиво?
Миранда была уже на полпути к кухне. Я пошла за ней.
- Когда-нибудь это все будет иметь смысл, так ведь? – произнесла я ей вслед.
Я остановилась в дверях кухни, наблюдая за тем, как Миранда заглядывает в холодильник и достает оттуда две бутылки. Лицо ее не выражало никаких эмоций, пока она открывала пиво, чтобы протянуть одну бутылку мне. Я взяла предложенную выпивку и последовала за Мирандой к кухонному столу. Женщина включила свет и села напротив.
- Все не так уж и сложно, – Миранда провела рукой сквозь густые волосы.
Напряжение выразилось в крошечных морщинках, появившихся в уголках ее рта. Всегда ли они были там? Почему я раньше этого не замечала? Ее лицо выглядело напряженным и измученным, и эта нежная хрупкость коснулась моего сердца.
- Зои… ну, она была моим партнером. Мы были вместе шесть лет.
- Вместе? – весь мой скептицизм в одном слове. Так она не натуралка?
- Что? – намек на улыбку коснулся ее губ, и морщинки исчезли. – Думала, ты одна такая?
Я издала сдавленный звук – что-то среднее между кашлем и смехом – и Миранда тоже хихикнула.
- Я говорила тебе – никакого мужа, – она улыбнулась, и я вернула улыбку, чувствуя, как что-то мягкое и теплое окутывает нас, сближая друг с другом.
Внезапно я осознала, что мое дыхание было явственно слышно в тишине кухни – тяжелое и неглубокое даже при попытке успокоить его – и дыхание Миранды было таким же. И снова ее взгляд будто притягивал меня. В каком-то отдаленном уголке своего мозга я задавалась вопросом, что же она видела, когда так поглощала меня взглядом.
- Но что насчет денег, – неожиданно в нетерпении выпалила я, и момент прошел.
Миранда кивнула, выражение ее лица стало мрачным с оттенком разочарования.
- Деньги. Ах да. Отрава моего существования, – она вздохнула. – Я должна была догадаться, что ты зацепишься за это. – Миранда откинулась на спинку стула, который негромко заскрипел и застонал, и скрестила руки на груди. – Хорошо… насчет денег. Тогда я могла бы рассказать тебе все без купюр. Почему бы не поднять все мерзкие детали, верно? – Она направила на меня безрадостную улыбку.
Я наклонилась к ней, не вставая с места.
- Страховка, – выдохнула она так, будто произнести это слово было мучительно сложно. – Мой партнер, Зои, оплачивала отличный полис, и мы с Надеждой были единственными получателями. Семейству Зои это совсем не понравилось. Они считали, что Надежда должна получить все, и что ОНИ должны распоряжаться деньгами ради ее блага. Они вообще весьма строгая компания, и они всегда ненавидели свою символическую лесбийскую ‘невестку’. Ну, после рождения Надежды у нас началась черная полоса. Не знаю, была ли это послеродовая депрессия или еще что… Зои всегда была немного игроком. Она оставила нас с Надеждой на некоторое время. Она переехала к какому-то художнику, с которым встречалась на стороне. Через несколько дней я поняла, что не так опустошена, какой боялась оказаться. Мы с Надеждой замечательно справлялись и без нее. Я скучала по ней, но была готова позволить ей уйти, начать с начала. Вообще-то я думала, что между нами все кончено. Родственники Зои были все себя от радости. Но через несколько месяцев она вернулась. Мы все обсудили и разобрались. Не все было идеально, но мы решили, что хотим дать Надежде нормальную семью.
Миранда помолчала пару секунд.
