- Не нужно, - заворчал Брюс, защелкивая на слабых руках пленника наручники, и резко дернул кандальную перемычку, чтобы сократить по максимуму подвижность кистей, оставляя только беспомощно дергаться осьминогом некрасивые пальцы с обкусанными, грязными ногтями. - Разделаю тебя и отправлю к копам. Советник, подготовьте все. А почему ты так удивлен, Пугало? - добавил он, когда Крейн фальшиво пораженно задышал чаще. - Ты же знал, что все, что ты там напридумывал, кончится именно так: не начавшись. Не думал, что ты такой наивный.
- Я не наивный! - возмутился Крейн, пытаясь обернуться. - Просто нахожусь сейчас в ужасно невыгодном положении. Совершенно невозможно работать в таких условиях! Не сдавай меня, я тебе пригожусь. Ладно?
Брюс только усмехнулся, возвращаясь к потрошению чужих карманов.
- Сдашь меня? - не успокоился Крейн, активируя все свои небогатые актерские способности под камеру: спасение было так близко. - Но тебя может тут кое-что заинтересовать…
- Заткнись и стой смирно.
- Как знаешь. Только тут наш общий знакомый, сечешь, о чем я? - разыграл первый козырь обмирающий от ужаса пленник.
Брюс сам скрипнул зубами - что он там забыл у короля Маленькой Италии, неугомонный клоун?
- И я кое-что о нем знаю, - добил Пугало, которого, по-хорошему, после демонстрации такой осведомленности, не стоило вообще оставлять в живых. - Давай свое слово, что вытащишь меня, и я поделюсь с тобой информацией. Скажу тебе, что он, где он, он отлично там устроился…
- Можешь убираться к черту вместе с ним, - надменно выплюнул Брюс, подавляя тяжелый вздох.
- Ага. И я знаю, что с ним, - зашептал Крейн. - Я хотел сказать, почему он там.
- Повезло тебе, - похвалил его раздраженный герой, усиленно накапливая побольше терпения: чертов клоун мог превратить любую, даже самую мрачную операцию в прежде невиданный ночной кошмар. - Но ничего, стоит только нажать сильнее, и я буду знать то, что знаешь ты.
Крейн вдруг усмехнулся.
- К счастью для меня, в этот раз такое не сработает. Не хочешь знать, почему? - поддал он жару, и приготовился немного поломаться…
- Нет, - снова не поддался Бэтмен. - Но спасибо за подсказку.
Все это было слишком странно, и Крейн явственно почувствовал, как на его шее сжимается прочная веревочная петля.
- А знаешь, что? - взвизгнул он, сдаваясь. - Давай. Давай, пошли. Какая тебе разница, что со мной будет, верно? Пошли, не тяни. Мне уже не важно, часом больше, часом меньше, сколько там мне осталось…
- Боже, Крейн, - удивился Брюс. - Я уже пощадил тебя однажды…
- Это не правда, - придавленно возразили ему. - Тебе просто было невыгодно выступать тогда против него в открытую.
- Ладно. Может, и не правда, - милостиво согласился Брюс, прилично умиротворенный неожиданным нервным представлением, и зашуршал чужим кейсом с медикаментами, последовательно и осторожно сбрасывая захваченные ампулы оземь, втапливая в грязь, отбирая их по какой-то своей логике. - Пока вся система отравлена вашим преступным гнильем, мало что имеет первоочередное значение, кроме самого драгоценного, даже если это только твоя жизнь, уродец. Не плачь, я тебе обещаю: тебя не ждет ничего страшного, кроме официального наказания.
Неспешно размышляя, он пришел к выводу, что все-таки солгал - но малодушное решение мерить ценность каждой жизни по-своему, ранее неоформленное, теперь было принято им слишком легко - но на рефлексию он более способен не был.
- Поэтому, наверное, ты сейчас пытаешься определить, что стоит отдавать в руки властей из содержимого моей скромной аптечки. И правильно, нет смысла доверять им, у местного туза они все куплены, даже твой поджопник-комиссар, - неожиданно сухо проговорил Крейн, активно унывая. - Не трогай больше ничего своими горильими руками, все слишком хрупкое. Можно подумать, ты что-то в этом понимаешь. Вот, например, тот образец, который чуть больше остальных, - продолжил он, и его тон изменился, словно подернулся льдом, - вот тот, что ты сейчас держишь в руках. Хочешь знать, что это?
- Нет, - злобно и совершенно нелогично отверг его Брюс, потому что знать подобное было, разумеется, необходимо.
Он совершенно серьезно полагал, что пришло время для нового подхода ко всем этим психам, но не смог удержаться от дурных привычек.
- Не хочешь? - усмехнулся Крейн, печально щурясь на свое носовое кровотечение. - Это нечто особенное. Откроет тебе глаза на все твои самые глубинные страхи, словно… Самый скрытый тайник, самый недостижимый.
Брюс насмешливо нажал сильнее на плененные руки неудачливого искусителя, вызывая новый болезненный стон.
- Это твои обычные поделки, - холодно выдал он, усиленно размышляя о дальнейших планах взлома этого ледяного осиного гнезда. - Ничего особенного. Ты это уже говорил, вспоминай.
