Осматривая местный главный приз, он снова удивился его узким плечам, хрупкости и небольшому росту. Просторный красный бомпер под пафосным бордовым плащом не могли скрыть узких плеч, тонкой талии и очень худых ног, хлипких как беззащитные полевые тростинки.
Его неприятного слуги-азиата рядом не было.
Алый признаков беспокойства не проявил - напротив, казалось, был доволен - его лицо закрывала трикотажная балаклава, поэтому точно сказать было нельзя.
Джокер тоже пришел в благоприятное состояние духа - и Брюс был готов биться об заклад, что этот этап его мутных планов должен был проходить как-то иначе.
Менее гладко.
- Присаживайтесь, господин посол, - умиротворенно подал голос держатель балагана, копаясь в сигарной коробке. - Только давайте сперва за дело, а потом можно и шутки шутить.
Новоприбывший преступник ничего не ответил, словно не услышав обращения, но неторопливо прошел пару шагов и застыл поодаль, чтобы пуститься в жадный осмотр возвышения - его глаза быстро двигались в прорезях маски.
- Ах, я серьезный человек! - воскликнул Джокер, подходя поближе к креслу хозяина. Раздались жидкие смешки из толпы королевской свиты, и он пожал плечами, усаживаясь на подлокотник трона.- С таким не шутят, Освальд. Даже если это очень весело.
- Весело? - нежно вопросил тот, окончательно расслабляясь, и позабыл про то, что собирался встать. - Тебе здесь весело?
- Ага-а! - с наслаждением протянул чертов мерзостный клоун, размазывая красный грим перчаткой по шрамам - от уголка губ к уху. - Ты мне нравишься, Ося.
- Правда? - почему-то удивился Пингвин.
- Правда! Вы только посмотрите на этого парня: король! - продолжил непрочный, хрупкий, уязвимый Джокер, наивно глядя на местного божка стороной. - Как не покориться?
Проявив к новоприбывшему минимальный интерес, он вдруг крупно вздрогнул, злобно щурясь, словно встретил на своем пути порыв ледяного ветра, и Брюса тоже передернуло от омерзения.
Юркие пальцы оправили шелковый хвост вызывающе яркого шейного платка у освальдова горла, и физическое отвращение в геройской груди перетекло во что-то безусловно иное, рожденное инстинктом.
Оставшийся без должного общего внимания Алый хмыкнул и оперся плечом о книжную полку подле возвышения, неуловимо воспроизводя движения проклятого шута, и всем своим видом выражая готовность ждать своего часа.
Брюсу даже показалось, что он рассматривает и его маску тоже - и не мог же он не догадываться, что его ждет? Совершенно спокойный, тщедушный в обрамлении своей вызывающе спортивной одежды, он наводил на мысли о довольстве и покое - будто все, или почти все, чего он желал, уже исполнилось.
- На эту тему есть отличный анекдот! Заходят как-то в бар врач, педофил и вор… - совершенно непринужденно вдруг начал Джокер, вялый и равнодушный, но осекся, откашливаясь.
Участь Алого вызывала разумные опасения.
Чертов клоун снова перетек, бескостный, словно собирался опуститься перед Пингвином на колени - окружение удивленно застыло, затихли даже обнаженные наяды, почуявшие нестандартное назначение движения даже через плотный дым дурманов, качающий их.
Крейн глубокомысленно уставился на свои ботинки.
Брюс потратил мгновение паузы на оценку обстановки, но глаз отвести до конца так и не смог: Джек и правда это сделал.
- Джокер! - рявкнул он, разглядывая служью позу, в которой застыло легкое клоунское тело, словно тот был ремонтником или рабочим сцены, и стиснул челюсть, чтобы не сказать лишнего: слишком много ушей.
- Бэтмен! - весело откликнулся преклонивший колени перед троном Джокер, поглаживая окаменевшую от неожиданности ногу сообщника.
Но никакого созидательного мастерства этот человек бы не проявил - по крайней мере, не в этих стенах.
- Не делай этого, - угрожающе прорычал Брюс. - Дурная привычка. Последний раз предупреждаю…
От ожидания он совсем сдал, и это было не благое гневное величие - на лбу под маской выступил пот, под глазом забился, набух особенный сосуд - нервическая жилка гнева - по спине прошли мурашки.
Он же не мог так с ним поступить, только не так…
Джокер подзакатил глаза в преувеличенном жесте, должно было изобразить, как он устал от чужой тупости - но получилось что-то инфернальное в желтизне и розовости лишенных зрачков склер.
- А бармен такой: “О, привет, Джо!”, - закончил он, и совершил одновременно два особенных действия: всадил неожиданно - для всех, кроме Брюса - возникший в его предательских пальцах нож в плотную плоть бедра своего обманутого союзника и, скалясь, воздел в сторону руку, предусмотрительно наводя ствол на единственного способного ему сейчас помешать человека - Алый хладнокровно уставился на угрозу, но позу побежденного принял немедленно, все такой же спокойный.
По дорогой угольно-черной ткани, покрывающей хозяйские ноги, потекла слабая струйка крови - не хлынула, живая - чертов опытный мясник намеренно выбрал верный угол, удобно отсрочивая активное развитие событий.
Поднялся невообразимый гвалт.
========== Глава 79. ==========
Если Джокер вцепится во что-то, челюстей он не разожмет.
