Стиви, единственная трезвая из нас, сидит на диване с Кеннеди, а Рио, Инди и я расположились в гостиной Инди на полу. Кеннеди подобрала меня по дороге, а через час в дверь ворвался Рио, чтобы присоединиться к нашему девичнику.
– Миллер, когда ты собираешься в Лос-Анджелес на свою следующую работу? – спрашивает Стиви.
Если бы я не была уже изрядно пьяна, этот вопрос меня бы отрезвил.
– В воскресенье.
– Вау, – выдыхает она. – Я и не думала, что это произойдет так скоро.
Я чувствую, что все взгляды устремлены на меня.
– Что ты об этом думаешь? – интересуется Кеннеди, делая еще один глоток из своего бокала и, очевидно, зная лучше, чем кто-либо другой, что я борюсь с этой идеей.
Я переворачиваюсь на спину, поднимаю глаза к потолку, подняв коктейль над головой, потому что… я пьяна и плохо соображаю, что делаю.
– Ты хочешь услышать трезвый ответ или пьяный?
Я запрокидываю голову и вижу, как Стиви хмурит брови, поглаживая живот.
– Очевидно, пьяный.
– Какая-то часть меня не хочет уезжать.
– Так не делай этого.
Слова Рио кажутся такими простыми.
– Все не так просто, – говорит Кеннеди. – Эта девушка – всемирно известный шеф-кондитер, у которой есть список кухонь, на которых она собирается работать, на три года вперед.
– Уже на четыре года. – Я указываю на Кеннеди у себя над головой. – Но да, именно так.
– Почему бы тебе не захотеть вернуться?
Повернув голову в сторону, я сразу же замечаю Инди, на лице которой сияет самая широкая улыбка, вызванная собственным вопросом, на который она, кажется, уже знает ответ.
Я прищуриваюсь, глядя на нее.
– Ладно, мисс Романтик. Почему бы тебе не сказать мне, раз уж ты, кажется, и так знаешь ответ.
– Потому что ты влюблена в Кая.
– Ошибаешься. Я не влюблена.
– Ну, я знаю, что ты любишь Макса, и ты даже не пытаешься это отрицать.
Выдыхая, я опускаю голову обратно на пол, держа бокал на животе.
– Да. Боже, я очень сильно люблю этого парня. Это странно?
Сидящая по-турецки Инди смотрит на меня сверху вниз.
– Нет, Миллер. В этом нет ничего странного. Иногда мы не можем объяснить, как и почему мы любим тех, кого любим. Мы просто любим. На самом деле ты не властна над своим сердцем.
– Это алкоголь говорит, или ты действительно такой романтик?
Стиви смеется.
– Пьяная или нет, она первая защитница любви.
Я сажусь на пол лицом ко всем.
– Когда я смотрю на Макса, я думаю о том, как он в первый раз пойдет в школу, и о том, как сильно, я знаю, Кай будет из-за этого плакать. Я думаю о друзьях, которых он заведет, и просто надеюсь, что они окажутся хорошими людьми. Не совсем обычные мысли, которые должны быть у простой няни, правда?
Подняв глаза, я замечаю, что все смотрят на меня, и выражения их лиц варьируются от понимающих улыбок до увлажнившихся глаз.
– Миллер, я не думаю, что для кого-то в этой семье ты была просто няней, – замечает Кеннеди.
– Черт побери. – Рио допивает свой напиток, прежде чем пойти на кухню за следующим. – Похоже, я останусь единственным холостяком, но это так чертовски восхитительно, что я даже не возражаю.
Инди сжимает мою ногу.
– Когда важные вещи в твоей жизни меняются, это нормально, понимаешь?
Стиви подбадривающе кивает.
– И это нормально – менять направление, даже если ты всю свою жизнь шла по улице с односторонним движением.
– Это не так просто. Это все, ради чего я трудилась. В моей отрасли мое имя известно всем. Я завоевала награды, к которым люди стремятся всю свою жизнь, а мне всего двадцать пять. Никто просто так не отказывается от такой карьеры.
– Отказываются, если им это больше не нравится. Если что-то или кто-то им нравится больше.
Это произносит Кеннеди, и сказать, что я шокирована тем, что она предлагает мне уйти с работы, значит ничего не сказать. Кеннеди полностью сосредоточена на своей карьере. Она даже не общается с командой, потому что опасается, что это бросит тень на ее репутацию или что ребята перестанут воспринимать ее всерьез.
Рио возвращается в комнату с остатками текилы, которых совсем немного, и наливает Стиви еще воды.
– Я не знаю, что делаю, – пьяно признаюсь я. – Все так запутано. Я просто взяла перерыв в работе, а теперь по уши влюблена в Макса и у меня лучший секс в моей жизни с его отцом.
– Вот так! – Стиви выпрямляется. – Это то, что мы хотели услышать. После того, как мы увидели вас двоих вместе за ужином, мы поняли, что это произойдет. Расскажи нам подробности. Это хорошо?
– Это
– Я так и знала. Я же говорила тебе! – Инди указывает на Стиви. – Ты же видела руки Кая.
– Руки говорят сами за себя, – соглашаюсь я.
– Черт возьми. – Рио качает головой. – Это уже официально. Я – последний.
– Я сама не знаю, что творю. Как можно спать с отцом-одиночкой ребенка, за которым присматриваешь?
Стиви беззаботно пожимает плечами.
– Я спала с хоккеистом из команды, в которой работала.
Инди указывает на Стиви.
– А я спала с ее братом.
– А я ни с кем не сплю, – вздыхает Рио.
Кеннеди делает большой глоток коктейля.
– Мой бывший жених спит с моей сводной сестрой.
Компания замолчала и замерла, как будто сбилась с такта пластинка. Все взгляды устремились на нее.
