Щелк! Перед глазами Ви чья-то хоть и размытая, но аппетитная очертаниями задница, двигающаяся в ритме музыки. Яркие огни, шесты, голые тела. Стрип-клуб. Стоило ожидать. Рокербой пьян в хламину, но все еще недостаточно, он в восторге, он в своей стихии, но наемник ощущает еще какой-то отзвук злости и… мстительности? Затемнение. Смена кадра. Ви смотрит в зеркало на самого себя глазами Джонни. Тот, само собой, только что блевал в клубном сортире, но уже прополоскал рот и умылся. Со знакомого, но сейчас явственно их общего лица, стекает каплями холодная вода, задерживаясь в чуть рыжеватой мягкой щетине, короткий модный ежик волос тоже мокрый. Джонни смотрит, словно зависший, в их серо-зеленые глаза, смотрит долго, не отрываясь, почти не моргая. Вцепившись пальцами в край раковины до белизны суставов, словно боится почему-то отпустить опору. Возможно, градус наконец-то догнал и этого проспиртованного монстра. Сильверхенд, кажется, содрогается, на миг словно борется сам с собой, впиваясь в несчастную раковину еще сильнее — вот-вот оторвет к ебаной матери, но в итоге обреченно разжимает сведенные пальцы и забрасывает в рот еще одну капсулу псевдоэндотрезина. Ви должен бы получить сердечный приступ от ненависти, но ему почему-то лишь отстраненно жаль того, что он не увидит, что было дальше. Он хотел бы сам так смотреть в карие глаза Джонни, не боясь быть замеченным, смело, открыто, имея на это право. Но Ви уже уносит в сон. На этот раз странной волной смеси желания и щемящей пьяной неуместной нежности. Возможно, Джонни уже кого-то трахнул в сортире перед тем, как проблеваться.
Щелк! Рокер, — серьезно, это уже начинает утомлять, и почему он еще на ногах? — пьет с какими-то девицами на спор стакан за стаканом, роняет посуду на пол, пьяно ржет, целует ползущую к нему через стол бухую девицу в ярко накрашенный рот. Ви не хочет этого видеть и чувствовать, отворачивается, мечтая об одном — чтобы эта ночь закончилась. Нет ничего хуже этого состояния незначительности. Он готов умереть за Джонни, отдать ему тело насовсем, но только бы не так, только бы не быть песчинкой на периферии жизни любимого человека. Лучше полноценная смерть. Сильверхенд забрасывает в рот еще одну капсулу псевдоэндотрезина. Ви начинает отстраненно мечтать о смерти, но получает лишь новый виток нездорового сна без сновидений.
Щелк! Темнота автомобильного салона, словно вспышками полицейской сигналки расцвечиваемая периодически огнями рекламных щитов. В салоне накурено и несет парами вискаря и текилы, словно кто-то пропитывал сидения специально. Пьяный уже до состояния риз рокербой левой рукой ласкает стриптизершу, ведущую тачку. Это так, блять, по-рокерски. Стриптизерша стонет и извивается в кресле. И Ви ее понимает. Он дошел до того, что завидует, блять, стриптизерше. И эта зависть — последнее, что Ви осознает за эту ночь. Его внутренний взгляд успевает отметить, что тачка переворачивается, но испугаться он уже не успевает. Ви отключает окончательно.
— Ви? — наемнику показалось, что он закашлялся раньше, чем очнулся от знакомого голоса. Кашель рванул изматывающе, вышибая из легких воздух, на губах осел металлический привкус крови. — Ты всегда с утра кровью харкаешь?
— Пожалуйста, давай не будем про это, — в глухой, но несбыточной надежде Ви оглядел свою ладонь, расцвеченную алыми каплями, после чего украдкой вытер ее о и так грязные простыни. Впрочем, он не мог с уверенностью поставить на то, что доконает его раньше — разрушительное влияние биочипа или же кошмарное, просто чудовищное похмелье, владевшее им сейчас. Голова рассыпалась на острые неравномерные осколки, внутри словно гудел набат, содрогая все внутренности, зрение плыло в сиянии голубых помех, желудок порывался вывернуться наизнанку.
Оказалось, что в рокере было куда больше сил, чем мог предполагать наемник. Судя по всему, это было что-то из разряда старой феноменальной солдатской закалки. Если бы Ви выпил столько, он мог бы только лежать ебалом в пол. Возможно, даже не дыша. Сильверхенд же умудрился поутру позвонить-таки Бестии. Ведь обещал же, сука, и не соврал! Если бы соло не было так оглушающе херово, возможно, он даже смог бы посмеяться над ироничностью ситуации. Что же, теперь Бестия знала, что их с Джонни двое в этом разбитом теле. И, мало того, чудовищно бухой Джонни умудрился вытрясти из стриптизерши информацию о местонахождении Грейсона, помощника Адама Смэшера. Совместил, так сказать, приятное с полезным, мудила.
Ви знал, что когда-то давно Бестия была девушкой рокера. Что-то там вспоминалось про измену сразу с тремя телками… Да-да, наверняка дело именно так и обстояло, это же Сильверхенд, в конце концов. Одной телки ему было недостаточно для эпичного разрыва. Странно, что где-нибудь в этой истории не затесались карлик со слоном и китайские фейерверки. Не знал Ви одного, но узнал это, когда перед тем как уйти Бестия подошла к нему вплотную, присела на край кровати и склонилась, внимательно заглядывая в глаза.