— Ах, блять, снимал бы?! — ярость накрыла как-то даже освобождающе что ли, словно лопнуло наконец-то что-то давящее в груди. Ви, поочередно согнув каждую ногу в колене, ломая и так короткие ногти, рванул ремни на ботинках давно дохлого рокера. Покачиваясь, упираясь поочередно пятками в носок, содрал со ступней сильверхендовские казаки и один за другим отправил их в полет в сторону кровати. Один ботинок почти попал в цель, пролетев у самой головы Сильверхенда, но рокербой, уже хохоча во все горло, ловко и изящно, словно кобра в стойке, увернулся.
— Как же ты затрахал меня со своими подъебами, мудила! — под непрекращающийся громкий и искренний ржач Джонни наемник рванул через голову майку рокера, — только звякнули солдатские жетоны, оставшиеся на груди, — и, хорошенько скомкав, с силой бросил, метя в голову веселящегося, кажется, до икоты ублюдка. Заходящийся от смеха Сильверхенд этот снаряд пропустил, к непередаваемому удовольствию Ви получив прямо сквозь свое энграммное ебало свертком ткани.
— Подавись своим антиквариатом, сука! — прыгая то на одной, то на другой ноге, чуть не наебнувшись несколько раз, соло с трудом и ебуками стянул-таки с себя узкие кожаные штаны, тоже хорошенько их скомкал и для внезапности в этот раз метнул их рокербою в грудь. Попал, рыкнул зло и глянул свысока на Джонни.
— Ну и че остановился-то на самом интересном месте? — рокер больше не смеялся, еще хриплый от недавнего хохота голос сделался низким и неожиданно спокойным. Сильверхенд широко расставил ноги и откинулся на постели назад, упираясь локтями. Смотрел на Ви своими загадочными, почти черными сейчас глазами из-под прикрытых, казалось, лениво век. — Непрошенный корявый стриптиз окончен?
— Хули ты там не видел, интересно? Мало тебе моей жизни, тебе еще и трусы мои подавай? — огрызнулся соло, но боксеры все на том же злобном кураже стянул одним движением, швырнув с размаха в расслабленно развалившегося мудилу. Мудила, впрочем, совершенно небрежно уклонился, вновь словно перетекая в прежнюю позу. — Какой, блять, живой интерес! Может, мне ещё передернуть для тебя, а?
— Хватит, надрочились, сука, уже на две жизни вперед, — голос рокербоя сделался еще тише, стал бархатистым и почему-то почти угрожающим. Ви видел в полумраке, как двинулся вверх и вниз кадык на горле, покрытом темной щетиной, словно Джонни сглотнул с усилием. Щелкнули суставы металлических пальцев, когда рокер медленно, словно через силу, поднял левую руку и скупым жестом поманил наемника к себе. — Подойди.
В голове Ви успели еще в диком хороводе пронестись мысли о том, что Сильверхенд охуел окончательно, что самому соло, кажется, пора то ли к психиатру, то ли выспаться, а ставшие ватными ноги сделали сами по себе, словно под гипнозом, три шага, и Ви остановился прямо перед рокербоем, между его широко расставленных стройных длиннющих ног, глядя все еще с недоумением сверху вниз.
— Блять, Ви… — внезапно приподнявшись, Джонни положил ладони на бедра наемника, стиснул до красных пятен на коже с такой силой, что Ви непроизвольно отшатнулся, но рокер легко удержал его. Хватка сменилась на легкие прикосновения. Живая ладонь — горячая, сухая, жесткая, царапающая мозолями, металлическая — прохладная, гладкая с шершавым тактильным покрытием пальцев.
Ви, словно в отупении, стоял неподвижно, его как будто замкнуло. Он так долго и жадно желал того, чтобы Сильверхенд прикоснулся к нему, захотел его, что теперь в соло что-то сломалось. Он понимал, что происходит, но не мог этого прочувствовать. Он просто не мог поверить в реальность происходящего.
Но, оказалось, что это было своеобразной перегрузкой.
Когда рокербой медленно склонился, и его губы коснулись живота Ви у пупка, а мягкие волосы защекотали кожу, наемника внезапной яркой вспышкой включило — и все навалилось одновременно. Оглушили гитарные рифы SAMURAI, которых до этого, как оказалось, Ви не слышал, ярко резанул через щели жалюзи свет от проходящего на небольшой высоте рекламного ави, смертельно обожгло тепло губ на коже. От макушки до пяток прошило словно электрическим разрядом. Ви дрогнул, рвано выдохнул со стоном, запуская пальцы в черные волосы Джонни, с дрожью и восторгом ощущая гладкость прядей. Рокер подался под прикосновения. С силой, словно какое-то животное, отерся головой о ладони Ви, что-то невнятно и глухо то ли простонал, то ли рыкнул, а его пальцы огладили заднюю поверхность бедер наемника, от ягодиц вниз до самых икр — и ноги соло подогнулись, он опустился на колени.