О глазах. Таких зеленых. Чарующих.
О торсе. Таком мощном. Обнаженном.
И о себе… Ждущей его.
Нет, если бы это был не сон, я бы ни за что не стала вот так лежать и ждать его. Еще чего! Он меня оскорблял, собственностью сделал, а я должна ждать да еще и улыбаться? Абсурд какой! Подобного поведения можно ожидать от разных пышногрудых блонди, но никак не от Владлены де Вардан. Я бы непременно нашла способ ретироваться, ведь на озеро я пришла не добровольно. По-любому, он заставил. Он может! Я знаю.
Но это сон, и можно расслабиться. Ведь кроме меня, о нем никто не узнает.
И я расслабилась… Да так, что представила, что мы с Великим Артефактором никогда не враждовали, а была между нами самая что ни на есть настоящая любовь. Что повстречались мы на балу у Темнейшего (то, что он брат титана – опустим). И как наши взгляды встретились, зеленоглазый понял, что пропал, что жизни не видит без меня (разом позабыв о всяких блонди). Моя реакция тоже была соответствующей. Красивый мужчина с волосами, точно искристый снег, с харизмой, от которой подрагивают ноги, произвел на меня неизгладимое впечатление. Да такое, что захотелось, чтобы он дарил самые вкусные сладости, присылал с голубями (хотя, думается, что у него не голуби для ведения переписки, а ястребы в арсенале) любовные послания. Чтобы… Ох, в общем, я была сражена! Естественно, сделала все, чтобы о моих истинных чувствах никто не догадался. И пришлось Зраку ухаживать долго и красиво.
Я сдалась на волю победителя.
И повел он меня под венец…
Нет, о том, как мы венчались – лучше тоже опущу, слишком свежи воспоминания о недавней свадебной церемонии.
Вернусь к нашим взаимоотношениям. Вернее, к трепетному отношению блондинистого титана к моей дражайшей персоне. Как он с меня пылинки сдувал и на руках носил. И не рычал. Ни разу.
И вот отвез он меня на купание. И любуюсь я им – таким красивым. И хочется провести пальчиками по тем самым рельефным мускулам, которые и делают моего зеленоглазого мужа самым роскошным титаном.
Дальше как-то странно во сне события развивались. Вжик! И смена обстановки. Полуобнаженный (я имею возможность лицезреть только торс) Зрак склоняется надо мной и шепчет с улыбкой, от которой у меня ниже пояса предательской змейкой побежало тепло:
– Мне очень нравятся твои мысли, Влада. А ты шалунья, детка.
И голос его был столь реальным, что я распахнула глаза и села на кровати.
Это ведь только сон, правда?
Утро выдалось не из приятных. Я говорила себе, что необходимо собраться, быть бодрой и веселой, что у меня сегодня первое занятие с многоуважаемым мсье Адриоти, но ничего не выходило. Настырные мысли вновь и вновь возвращались ко сну.
И снова я, как наяву, видела полуобнаженного Великого Артефактора с его зелеными глазищами, которые насмешливо смотрели на меня.
Нет, у меня точно паранойя!
Поэтому неудивительно, что первым моим вопросом мсье Адриоти стал:
– Скажите, пожалуйста, а колдуны могут проникать во сны других людей?
– Вы хотите сказать: управлять? – уточнил учитель.
Я кивнула, не заметив особой разницы.
– Могут. Но только очень могущественные колдуны. Миссис Владлена, вам не стоит волноваться. В нашей империи мало по-настоящему сильных колдунов.
Я криво усмехнулась. А эпитет Великий присваивается просто так или за владение темными силами?
– А как сделать так, чтобы эти самые по-настоящему могущественные колдуны не проникали в голову и не завладевали снами?
Мсье Адриоти призадумался.
– Я принесу вам завтра одно снадобье. Снотворное. Оно позволит спать крепко, без сновидений. Соответственно, никто не сможет вас потревожить.
Такой вариант полностью устраивал. А еще я отметила, что мсье Адриоти не любопытен, не принялся расспрашивать с педантичной дотошностью, кто пытался управлять моими сновидениями. Я мысленно поставила ему плюсик.
– Есть еще вопросы или приступим к занятиям?
Я радостно закивала. Вопросов больше не было.
Местом для учебы выбрали большую библиотеку тетушки Ульяны, с высокими стеллажами, забитыми старинными фолиантами. На днях я уже ознакомилась с их содержанием и для себя отметила, что у тетушки неплохой вкус. И хорошие связи. Потому как некоторые книги были настолько редкими, что я их даже в руки боялась брать. Назревал закономерный вопрос: а так ли проста сестра папеньки?
– Мне бы хотелось, чтобы вы, миссис Владлена, сначала показали, что умеете делать, – спокойный голос Адриоти оторвал от созерцания древних фолиантов, которые помимо воли притягивали взгляд, точно магнит.
– Я почти ничего не умею.
– И все же…
Я показала. Вскинула руки в воздух, пытаясь сосредоточиться на мелких предметах, стоящих на большом дубовом столе. В воздух лениво поднялись бумаги, несколько папок, небольшая чернильница с перьями, раскрытая книга, нож для вскрытия писем и прочее, что обычно хранится на столе.
Преподаватель удовлетворенно кивнул.
– Хорошо.
Я посмотрела на него.
– Хорошо? И это все, что вы можете сказать?
И снова мсье Адриоти улыбнулся своей спокойной улыбкой.
