— Давайте пообедаем у меня, — неожиданно предложил Агардэн.
— Пойдемте, — приобняв, Грэйнар потянул меня к двери.
— Проклятье, а к герцогу-то я так и не попала, — по дороге прошептала мне Аринэль. В ее глазах вновь блеснули слезы.
И это тут же заметил Агардэн.
— Радость моя, что опять случилось? — спросил он, хмурясь.
— Ничего, — эльфийка украдкой смахнула влагу с глаз.
Войдя в столовую графа, мы расселись за столом. Слуги подали обед.
Агардэн разлил по бокалам белое вино.
— Аринэль, а теперь рассказывай, что с тобой сегодня творится, — произнес он, отпив глоток. — Ты то плачешь ни с того, ни с сего… то рвешься показать Рагрияру грудь.
Я заметила, как при этих словах брови Грэйнара изумленно поползли вверх. Он даже перегнулся через стол и пощупал лоб Аринэль.
— Мне нельзя вылетать с отбора, — пролепетала эльфийка, страшно смутившись.
— Почему? — оба мужчины явно были поражены.
Сбиваясь через слово, Аринэль поведала им про своего брата.
Тут мне пришло в голову, что земные нейрохирурги тоже, бывает, творят чудеса. Правда, бесплатно и у нас не будут оперировать. Тем более, жителя другого мира. Я уже молчу о том, что придется как-то скрывать его остроконечные уши. А, может, у эльфов и еще какие отличия в анатомии имеются.
— В любом случае, пусть он приедет к нам в замок, — сказал Агардэн. — А там поглядим, что делать.
— Приедет — зачем? — спросила Аринэль, недоумевая.
— Нужно его посмотреть, — ответил Грэйнар.
Аринэль в отчаянии покачала головой:
— Эльфийская магия оказалась бессильна.
— Так то эльфийская, — улыбнулся Агардэн. — У нас магия совершенно другая. А Грэй, кстати, очень сильный целитель. Если же и у него ничего не выйдет, отправим твоего брата в Афакану.
— Или на Землю, — добавил Грэйнар.
— Отправите?.. — еле слышно вымолвила Аринэль. — Но это же так дорого!
— Деньги — не проблема, — закрыл тему Агардэн. А Грэйнар кивнул, подтверждая слова друга. И добавил: — напиши брату сегодня же.
— Кстати, о родственниках, — опомнилась я. — По идее, через пять дней должна состояться моя свадьба с Лешей, — я выразительно посмотрела на виконта. — Вряд ли родители не забеспокоятся, если даже в этот день я не прилечу из Доминиканы.
Аринэль хлопала на меня широко раскрытыми глазами. Однако мужчины прекрасно все поняли.
— Напиши им письмо, — предложил Грэй. — Объясни про Лешу, что ошиблась в нем. И что сейчас находиться в квартире, где все случилось, тебе слишком тяжело. Мы передадим им твое послание и внушим, что повода для беспокойства нет.
— Вы и внушать умеете? — поразилась я.
— Отчасти. По крайней мере, повлиять на эмоции человека в состоянии.
Дальше разговор так и потек по магическому руслу. Мужчины вспомнили предыдущий конкурс. Еще раз восхитились нашими талантами. Сказали, что оживают картины лишь у тех, кто обладает редким по своей силе даром.
А провожая меня в невестинское крыло, Грэйнар вдруг спросил:
— Зачем ты хотела скрыть свои способности?
— Надеялась наконец вылететь из этого адского отбора, — честно призналась я. — Пока его проклятая светлость не наложил на меня лапу.
— Не бойся, ему ты не достанешься, — возле двери в наши покои Грэй притянул меня к себе. Я положила руки ему на грудь, через рубашку ощущая тугие мускулы под ладонями. И в этот момент впервые ощутила себя в безопасности от герцога.
— Я люблю тебя, — прошептал мужчина мне в губы.
— Грэй, — прозвучал оклик за его спиной.
Виконт неохотно обернулся.
— Пленник очнулся! — сообщил ему маркиз Карбэйн. — Только он очень плох. Ты идешь?
— Конечно! — решительно отозвался Грэйнар и чуть виновато улыбнулся мне: — Прости.
Он выпустил меня из объятий и быстро зашагал прочь вместе с Карбэйном.
А я привалилась к двери и обессилено выдохнула. Он правда это сказал?
За следующие пару часов я извела полтонны бумаги. Не знаю, сколько раз переписывала письмо родителям. Но, в конце концов, вроде бы накатала что-то более-менее связное.
Только зачем я вообще все это писала? Ведь поутру объявят результаты последнего конкурса, и я вылечу с отбора пинком под зад. Тогда для чего Грэй завернул всю канитель с письмом? По-видимому, он-то отправлять меня в Москву не собирается. И я сама, признаться, тоже уже совсем не рвусь.
Закончив послание, пошла отнести его Грэю. Правда, в покоях виконта не оказалось. Неужели до сих пор допрашивают пленника?
Ну, ладно, попозже зайду.
Выходя обратно в коридор, столкнулась с Агардэном.
— Написала? — спросил он, заметив письмо в моей руке.
Я кивнула.
— Давай, — граф забрал у меня лист. — Я прочту? — неожиданно спросил он. И добавил в ответ на мой изумленно-разгневанный взгляд: — Пойми, чтобы что-то внушать, я должен знать, о чем здесь идет речь.
— Ну да… — улыбнулась я, смягчившись.
Где-то вдалеке часы пробили семь.
Пора на ужин. Но нужно прихватить с собой Аринэль.
Я поспешила на второй этаж в невестинское крыло. Но у двери в мои покои меня поджидала Настя. Сестрица сияла, как начищенная сковородка. Улыбка голодного дракона расползалась шире ушей.
Понятное дело, что последний конкурс она выиграла и все же столь откровенное счастье, написанное на ее морде, меня смутило.
