Утро следующего дня наступило, казалось, сразу же после того, как я закрыла глаза. Вначале, с самым рассветом, в мою комнату внедрился Родерик, который стал разжигать камин. Хоть и на дворе лето, но в горах было весьма свежо, особенно по утрам. Несмотря на все усилия Родерика, я решила для себя, что просыпаться не стану. Следующим испытанием для меня был визит моей горничной – Брайд. Девушка чрезвычайно опасалась потревожить мой чуткий сон, а потому осторожно передвигаясь по комнате, умудряясь ходить на носочках с грацией молодого слона-трёхлетки. Во время движения Брайд наливала воду в кувшин для умывания, вполголоса напевала какой-то военный марш и беседовала с Котом. Который выполз с тёплого места и теперь требовал завтрака, истерично воя.
Одним словом, мне ничего не оставалось, как вылезти из кокона одеяла и злобно поинтересоваться, чем таким я успела насолить окружающим, если они с утра решили довести меня до белого каления?
Брайд, увидев мою лохматую голову, расплылась в улыбке.
- Ой! А вы уже встамшая, миледи? А мы тут… общаемся потихоньку с котиком вашим. Это хорошо, что вы сами проснулись, скоро завтрак. Всё, как вы учили. Тётка Эйлис больно уж хочет угодить вам напоследок, раз уж сложилось так, что вы сегодня последний-то денёчек тут. А потом уж мужняя жена.
Я вспомнила, что нынче вечером у меня, действительно, свадьба, и громко чертыхнулась, добавив пару слов из великого и могучего, заставив при этом Брайд мучительно покраснеть.
- Ну, что опять не так? – тяжело вздохнула я, сползая с кровати и шаркая к «умывальнику» - Только вот не говори, будто никогда раньше таких слов не слышала!
- Слышала, как не слышать-то? – натужно просипела пунцовая горничная – Как папаша мой база налакается, так и не то сказать может. Я уж и говорила ему, и не раз. А толку-то? Говори, не говори… ничего, лучше убеждения кулаком пока не придумали. Как он спьяну бузить начинает, так я его с одного раза и успокаиваю. Он проспится, потом только удивляется, откуда синяки. Я ему и говорю, что падает он часто.
- Ага, и всё на лицо… - задумчиво пробормотала я, осматривая её «аргументы».
- И такое бывает – флегматично сказала Брайд, поливая мне из кувшинчика – даже не знаю, как он теперь будет без меня. Сопьётся, поди.
- Так ты собираешься отправляться со мной? – удивилась я.
- Ну, конечно! – даже немного обиделась девушка, растирая мне лицо жёстким полотенцем до тех пор, пока оно не стало красным – Красавица наша! – удовлетворённо посмотрев на результат своих трудов, добавила она.
Да уж… это может несколько затруднить исполнение моего плана. Я-то полагала, что никому не буду нужна во время этого путешествия, так что мы с Котом сможем тихо улизнуть. Впрочем, все вопросы решаемы, было бы желание…
Поэтому я медленно спускалась вниз, в парадную столовую, ощущая некое волнение. Вчера я имела крайне недолгий разговор с лордом Ангайдом. Но сегодня мне вряд ли улыбнётся такая удача.
Собственно говоря, ждали только меня. На завтрак сегодня были умопомрачительно пахнущие поджаренные на сливочном масле гренки, домашний сыр и яйца всмятку. Я поздоровалась со всеми, сделала реверанс родителю, постаравшись не упасть, и откусила кусочек поджаренного хлеба. Вкуснота! Но отчего все молчат и опасливо смотрят на свои тарелки?
Ситуацию прояснил папенька, который поднял свою тарелку на уровень глаз и поинтересовался, когда будет еда. На что я закашлялась, а милорд Калум печально сказал, что это и есть завтрак.
- Очень полезно, дружище! – уныло сообщил он и отхлебнул из высокой глиняной кружки – И для желудка полезно, и вообще… Полли говорит, что на континенте так и питаются солдаты, и ничего – живёхоньки-здоровёхоньки.
Отец немного нервно кивнул, сгрыз поджаренный хлеб и решил почистить яйцо. Жидкость желтка потекла по его пальцам… он отхлебнул из своей кружки и выпучил глаза.
- Это ягодный взвар на меду – таким же печальным тоном пояснил Калум – стаут пьём нынче только по вечерам и в умеренном количестве, достойном благородного человека.
Папенька нервно оглядывался по сторонам, братец просто молчал, так же, как все остальные, а я жевала и думала, что надо попросить кухарку достать после завтрака ветчины, дабы все страждущие могли утолить голод. Как раз будет такое время, когда завтрак давно закончится, а обед ещё и не думал начинаться…
Мой же будущий супруг сидел особняком. Никакого недовольства завтраком не испытывал, а молча жевал предложенные гренки. Признаться честно, я не слишком хорошо вчера его рассмотрела. Тут и удивление, и потрясение от приезда папеньки. Так что только лишь сейчас я смогла хорошо рассмотреть Якоба. Высокий, выше среднего, плечи широкие. Цвет глаз с моего места не рассмотреть, но какие-то светлые, скорее голубые, что ли… Пожалуй, встреть я его при других обстоятельствах…
Конечно, мужик он такой… в толпе не затеряется, но вот вечно угрюмый, словно у него постоянная головная боль. Я вздохнула и запихнула в себя последний кусок поджаренного хлеба. Так вот ты какой, наследник клана! А я тогда кто буду? Невеста клана?
