Мы ехали по бесконечной дороге меж огромных елей и покрытых редкими красно-желтыми листьями дубов. Жиль молчал, да и мне было не до разговоров. Всю дорогу я боялась упасть. Поэтому все время, за исключением моментов короткого сна, когда меня вырубало помимо моей воли, я сидела, как деревянная, не дыша, на спине своей вредной лошади. С управлением я разобралась, но опасалась лишний раз шевельнуться, чтобы не нервировать лошадюгу. Из-за постоянного напряжения, у меня болела спина, я перестала чувствовать холод и жажду. Не замечала я даже пронзительной красоты осеннего леса.
Немного времени спустя мы свернули на еле заметную тропку, петляющую среди вековых разлапистых елей. Две лошади одновременно не могли на ней поместиться, и мы ехали вслед Жилю. Я невольно вздохнула, увидев, как он прямо и непринужденно сидит на коне. Ничего не указывало на то, что его сильное и гибкое тело хоть как-то страдает от поездки. А грозный скакун беспрекословно слушал своего хозяина. В нашей же паре главной была это рыжее недоразумение. Вздохнув полной грудью влажного лесного воздуха, я немного пошевелила плечами, чтобы хоть чуть-чуть расслабить спазмированную спину. Летти угрожающе зашипела.
Широкие ветви почти закрывали небо, но Жиль все равно находил дорогу. Интересно, совпадают ли названия растений этого мира с нашим? Или животных. По сути, у нас на земле, названия животных звучат на разных языках по-разному. Я же сразу начала понимать язык этого мира, поэтому я думаю, что могу использовать привычные названия.
Увлеченная размышлениями, я не заметила, как мы оказались на полянке, возле небольшого круглого озерца. Жиль давно спешился и нарочито начал расседлывать коня, делая вид, что меня рядом нет. День уже клонился к закату. Я поерзала и краем глаза заметила, как заинтересованно блеснули глаза Жиля. Видимо, он рассчитывал посмотреть спектакль, как Катрин, то есть я, будет слезать. Сначала я хотела бы просто попросить о помощи, но внезапно взыгравшаяся гордость, причем не моя! Не позволила мне сделать это.
— Гм, — только и пробормотала я.
Бровь на гладком лице Жиля поползла вверх. Тяжело вздохнув, я попробовала перекинуть затекшую ногу через седло, лошадь резво подпрыгнула и качнулась подо мной. А в следующую секунду с пронзительным воплем, я летела вниз. Сжавшись в комочек, я уже ожидала столкновения с землей, но внезапно меня перехватили сильные руки.
— Отлично получилось, — белозубо улыбнулся наглец.
Злобно взглянув на предательницу-лошадь, я демонстративно прошла к озеру мимо нее. На жалобное ржание подумала: "Cегодня ты от меня ничего не получишь!". Может, это научит негодяйку вести себя прилично. Я села на берегу, повернувшись спиной к остальному отряду. Вот и пусть твой хозяин и позаботиться о тебе.
Меж тем, Жиль развел активную деятельность. Расседлал и напоил лошадей, дал им пару яблок из седельной сумки, разложил костер и скрылся в лесу. Как только он ушел, я быстро подбежала к седлу и посмотрела, что еще хранили в той сумке. Неплохой улов — там лежала карта, кинжалы, немного солонины и хлеб. Карта-то меня очень и заинтересовала. Сбегать я пока не планировала, но я должна понимать, где нахожусь! И действительно ли мое положение так безвыходно, как он мне описал. Может, мы бродим кругами по небольшому узкому лесочку, а рядом россыпь городов, в которых я могла бы затеряться и неплохо устроиться без всяких там подозрительных "миссий".
Я развернула карту. Она была отпечатана яркими черными чернилами. На ней был нарисована часть континента, на котором мы находились. По северу — тянулись цепочки гор. На карте они были отмечены, как треугольники со снежными шапками. С юга земля омывалась морем, прорезанным цепочками островов. Название этого моря мне не удалось узнать, подпись была выведена красивой, но абсолютно непонятной вязью. На западе — была равнина, без леса и возвышений, испещренная линиями рек и дорог, и пунктирами границ. Города и храмы, что отражались как башенки, были подписаны уже понятными мне буквами. Видимо, сама карта была старой, а позже кто-то добавил изменения вручную более светлыми чернилами поверх карты. На востоке от гор до моря лежал лес, я прочитала название — Хинифиад. Он занимал почти треть карты, но не исключено, что лес тянулся и дальше на восток.
На равнине, обведенной пунктирной линией и прилегающей к лесу, было искусно нарисовано старое толстое ветвистое дерево с несколькими дубовыми листочками. Видимо, это и есть наше Эленойское графство, догадалась я, а дуб — это их символ. На суде, помниться, я видела его изображение на гобеленах. И правда, вот и город Эленойя возле леса — изящные башенки, тут художник расстарался.
