А стоило открыть глаза, как губы расползлись в глупой улыбке. В теле ощущалась истома, тепло окутывало меня с ног до головы, несмотря на отсутствие камина в этой комнате. С постели вставать не было желания. Вот бы снова уснуть и ощутить те приятные прикосновения, отчетливо вспомнить эмоции, а не их тусклые отголоски.
Я потянулась и вскоре села. В окно прорывался белый свет ночниц, едва поднявшихся над горизонтом. Вечер обещал хорошее настроение. Вдобавок хотелось встретиться со Скардом и поговорить серьезно, без его шуток, ответить на вопрос и переступить черту, отрезая тем самым путь назад.
Но сперва следовало посетить источник. Он лучше всего помогал проснуться, смыть липкий слой напряжения и накопившегося негатива. Я спрыгнула с кровати и поторопилась в свою комнату, где поправила тюрбан, заменила платье и даже улыбнулась отражению.
Теперь там появилась девушка с ровным цветом кожи и блестящими глазами. Все-таки предложение выходца из Риналса окрылило. Словно проблемы с Тьмой ушли на задний план и больше не тяготили, обещая в ближайшее время стать сущим пустяком. Ведь пройти обряд объединения можно лишь раз в жизни. После него я буду неинтересна для Райнара, а если он вздумает мстить Скарду, то в ответ получит не меньший отпор.
Ларс же… Вспомнив о нем, я остановилась на винтовой лестнице и зажмурилась. Магия виновата в моем нежелании смотреть на других мужчин или чувства, впредь это не имело значения. Они безответны. Нет смысла навязывать их другому. Не мы выбираем — нас выбирают. Младший Портли именно так и поступил.
Я кивнула своим мыслям и поспешила на улицу, где морозный воздух приятно защипал щеки. Желание поскорее искупаться и затем встретиться с давним знакомым несли меня вперед, заставляли чуть ли не бежать. Наверное, поэтому я не сразу заметила тень возле моста к источнику. Она шевельнулась. За мной следят?
— Нет, — фыркнула я и зашагала быстрее.
И тут в памяти вспыхнул недавний инцидент с магией Видимости. Нужно рассказать семье! Стоило же развернуться, как голову пронзила ужасная боль, а красиво выложенные камни под ногами словно поднялись и начали стремительно приближаться ко мне.
Происходящее превратилось в размытую смесь из звуков, картинок и ощущений. Хрустел снег, изредка искрился на белом свету. Пару раз слышалось ворчание какого-то мужчины. Я силилась открыть глаза. Там появлялись два ночных светила, чей-то силуэт, пики гор. Тут в спину что-то врезалось, и я вскрикнула.
— Советую помалкивать, — раздалось возле уха злобное шипение.
В затылке болело невыносимо. Я попыталась пошевелить руками, но те оказались сцеплены друг с другом чем-то твердым.
— Зачем? — мой голос больше напоминал стон.
Недоброжелатель хмыкнул. С новой попыткой поднять отяжелевшие веки я заметила замок. По телу пробежала дрожь от его вида — далекий, почти слившийся с вечерним мраком. А едва мне на глаза попалась знакомая скала, как стало еще хуже. Из-за нее отец дал мне ту должность, именно к ней строго-настрого запретил приближаться — высоко и очень опасно!
— Что вы собираетесь… — я опешила. — Родберг? Это вы?
— Кому сказано помалкивать? — с неприкрытой злобой спросил он.
Я дернулась, осмотрела себя с ног до головы: конечности были заключены в металлические оковы, полностью скрывающие кисти и ступни, а под спиной находилась пластина из такого же материала, от которой вокруг моего тела шли тонкие прутья.
Концентрация, морозный поток побежал по венам — и металл покрылся слоем льда. Тут меня встряхнуло, мужчина навис надо мной, оскалился и замахнулся для удара быстро вырастающей у него в руках трубой. Тело оцепенело от ужаса. Нет!
Темнота…
И снова началась борьба. По виску текло что-то теплое. Перед глазами стояла плотная пелена, не позволяющая ничего увидеть. От противного скрежета возле уха сводило зубы.
Больше не было неба и ночниц над головой. Казалось, я просто не очнулась, до сих пор находилась без сознания, вот только отчетливо шуршали мелкие камни под сапогами мужчины. Он ни с того ни с сего засмеялся. Этот звук размножился и понесся в разные стороны, словно мы попали в огромную пещеру.
— Родберг, не делайте глупостей, — простонала я, ощущая дикую боль в висках.
Рядом со мной появился подрагивающий огонь от факела. Небольшой проход заставил мага пригнуться и более резко притянуть меня к себе, отчего раздался треск моей меховой накидки.
— Прошу, одумайтесь.
Громкость звуков вдруг разительно изменилась. Сложилось ощущение, будто во все стороны от нас пролег пласт пустого пространства. Ни малейшего источника света, ни привычного северного холода, ни свежести в воздухе.
Мужчина остановился, перестал контролировать металлическую пластину подо мной, и та ударилась о неровные камни, часть которых сорвалась вниз. Обрыв? Только через пару секунд они звучно ударились обо что-то твердое. По телу пробежала дрожь. Пришло время паниковать, однако вместо этого меня охватила нешуточная злость. Как он смеет так поступать? Родберг не скинет!
