Невеста ветра полностью

Догнать ее было нетрудно, но, увидев перед собой крылатую тень, она так перепугалась, что потеряла дар речи. Джа-Джинни даже испугался, что она упадет замертво, но старушка оказалась крепкой.

– Чего тебе надо? – спросила она сварливо, придя в себя. – Зачем ты здесь?

– Ты была в том доме, – крылан дернул подбородком. – Понимаешь, о чем я.

– Да. – Она нахмурилась. – Ты что, имеешь к этому отношение?

– Скажи мне, что с ее ребенком? – Джа-Джинни решил не оправдываться, хотя понимал, что за слухи пойдут по Лейстесу уже завтра. – Она ведь беременна?

– Она родила мертвого ребенка прошлым вечером, – хмуро проговорила женщина. – Меня позвали, но было поздно. Ты...

Это была повитуха, как он и догадывался. Джа-Джинни зажмурился и выпалил:

– Ребенок... он был человеческого рода?

Повитуха очень долго молчала.

– Мне много лет, – наконец проговорила она. – Я многое повидала. Но это... нет, ребенок не был человеком.

Она помедлила.

– И крыланом он тоже не был. Это было жуткое... создание, и слава богам, что оно не выжило. Я не знаю, что с ней случилось, но... не удивляюсь, что она сошла с ума.

Джа-Джинни опустил голову, ощущая, как накатывает усталость, скопившаяся за весь день. Лейла все-таки ошиблась... и слава богам. Он повернулся и расправил крылья, чтобы взлететь, а потом неожиданно для себя самого крикнул повитухе:

– Скажи ему, я отыщу того, кто это сделал, – и отомщу за нее! Скажи!

– Хорошо, – тихо проговорила старуха, но он услышал.

...Утро выдалось светлым и ясным; настроение у команды и у самого фрегата было под стать – воодушевленные и веселые, они собирались в путь. Джа-Джинни наблюдал со стороны за суетой перед отплытием и чувствовал себя очень несчастным.

– Ты хмурый, как туча, – раздался голос за его спиной. Крылан, не оборачиваясь, сказал:

– Я совсем запутался и жалею, что не могу прочитать твои мысли.

– Ха! – Крейн был в очень дружелюбном расположении духа. – Незачем! Все мои мысли написаны у меня на лбу – так ты сказал давеча, а? Вот и читай.

– Боги, как я устал... – проговорил Джа-Джинни бесцветным голосом, и магус тотчас посерьезнел.

– Что произошло?

Крылан вздохнул – и поведал капитану о ночном происшествии и беседе с Вороном, о неожиданном визите Лейлы и о том, что услышал от повитухи.

– Да, теперь я понимаю... – начал Крейн, но Джа-Джинни перебил его:

– Ничего ты не понимаешь. Я поначалу не поверил Лейле, не принял ее рассказ всерьез. А потом вдруг подумал: если когда-нибудь появится настоящий след? Боюсь, Кристобаль, песня Лейлы обо мне... – он замолчал и уставился на Крейна.

– Вот в чем дело! – сказал магус с добродушной усмешкой. – Боишься, что не сумеешь совладать с собой и предашь меня. Зря.

– Ты так уверен, что все знаешь? Если не я, то кто тогда? Может, Кузнечик – после его странной выходки...

– ...ты сам не веришь в то, что сказал, – Крейн покачал головой. – Кузнечик не способен на предательство, а поступок его может объясняться чем угодно, вплоть до простого любопытства. Он почти ребенок.

– Теперь позволь мне не поверить, – сказал крылан. – И все-таки...

Крейн задумчиво посмотрел на Джа-Джинни.

– Хотел бы тебя утешить и сказать – да, знаю. На самом деле это не так. Я догадываюськто. Но понятия не имею когда.

От удивления и возмущения крылан ненадолго утратил дар речи.

– Так почему же ты ничего не делаешь, чтобы это предотвратить?! Этот человек... ты должен... – он осекся.

– По-твоему, я должен его изгнать, так? Или убить? – спросил магус с иронией. – Видишь ли, я не верю в то, что будущее предопределено раз и навсегда. Кто знает, быть может – если я сейчасзаймусь выяснением отношений, именно это и приведет к печальному финалу, о котором пела та девочка в таверне. Поэтому я ничего не буду делать и на вопросы твои не отвечу. Решай сам, когда время придет... – он улыбнулся. – Но знай: если ты захочешь отправиться за своей мечтой, я все пойму и удерживать не стану. По рукам?

– По рукам, – ответил Джа-Джинни, чувствуя невыразимое облегчение.

Крейн ушел, а крылан остался на своем наблюдательном посту. На душе у него было спокойно, и даже предстоящее путешествие не казалось больше таким уж тягостным. Он жалел лишь о том, что не попрощался с Лейлой.

«Невеста ветра» начала медленно отходить от пристани; Джа-Джинни смотрел на удаляющийся Лейстес – и потому сразу заметил мальчишку, который размахивал руками в надежде, что его заметят. Крылан перемахнул через гакаборт и слетел на пристань.

– Ой, как хорошо, что я успел! – Это был совершенно незнакомый ему мальчик – из тех, кто за гроши разносят по тавернам письма. – Это вам, сударь!

Он протянул Джа-Джинни небольшой сверток.

– Что это? – подозрительно спросил крылан. – От кого?

– От музыкантши из таверны, – ответил посыльный. – Ну, которая с гитарой, рыжая...

Когда Джа-Джинни развернул письмо, из него что-то выскользнуло. Он ошеломленно смотрел, как на мостовую плавно опускается длинное белое перо. Еще миг, и порывом ветра его сдуло бы в море, но мальчик оказался проворней.

– Поймал! – он с улыбкой протянул перо Джа-Джинни.