На вид ему было под шестьдесят. Худое лицо в морщинах и пятнах, узкие губы и длинный нос... да, она его видела. И не один раз.
– Ты слуга лорда Рейго.
Он еле заметно улыбнулся, а потом проговорил приятным низким голосом:
– У вас просто отменная память, Ваше Высочество.
– Как твое имя? – спросила принцесса, не обратив внимания на его слова.
– Разве это имеет значение? – был ответ. Ризель повторила вопрос, и острие кинжала прорезало кожаную куртку на груди странного человека.
– Хаген.
– Зачем ты пытался меня убить, Хаген?
– Я убивал вовсе не вас, принцесса, – очень спокойно ответил слуга лорда Рейго. – Моей целью был...
– Только не надо рассказывать про узурпатора, который ведет Империю к гибели! – торопливо перебила Ризель. – Про императора, ставшего воплощением распада и гниения всего того, что еще сто лет назад цвело и благоухало! Я знаю наизусть басни, которые так любят борцы за свободу!..
– Тогда мне остается лишь молчать, – покорно согласился Хаген. – Вы сами все сказали, Ваше Высочество.
Ризель с негодованием взглянула на своего почти что убийцу, и от внезапной догадки ей сделалось холодно. Он выглядел старым, но разве может пожилой человек взобраться на высокое дерево и просидеть там долгое время в ожидании, пока она придет? Был всего один способ проверить, справедливо ли ее предположение, и Ризель не собиралась медлить.
Колчан, который она сняла с тела Хагена, пока тот еще был без сознания, перевернулся. Стрелы одна за другой взмыли в воздух и застыли в непосредственной близости от лица того, кто выдавал себя за слугу. Ризель взглянула на них, задумчиво хмурясь. Где-то год назад ей попалась в руки любопытная книга... кто мог знать, что она окажется столь полезной?
– Фаби, подойди-ка сюда! – скомандовала принцесса. – У тебя не скоро появится шанс увидеть такое.
Хаген лежал неподвижно, вжавшись в землю. Стрелы висели в воздухе над его лицом: острия наконечников касались висков, скул, переносицы и подбородка. На самом деле точек было гораздо больше, но она решила выбрать самые важные – и по тому, как изменился его взгляд, поняла: не ошиблась.
– Стоит мне захотеть, и твоя физиономия украсится шестью неглубокими порезами, – сказала Ризель. – Сущий пустяк – заживут, даже шрамов не останется. Только вот сдается мне, ты после этого уже ни на что не будешь годен, Хаген... или на самом деле тебя зовут иначе?
– Имя настоящее, – еле слышно ответил мужчина. – Лучше сразу меня убейте.
