Невинная оговорка полностью

— О, — я посмотрела на его широкую грудь, которая была мокрой от пота и вся в песке. — Сэди, — ответила я, настороженная его вопросом. Трудно было не улыбаться, когда такой парень как он уделяет тебе внимание.

— Ты когда-нибудь была здесь раньше, Сэди? — спросил он.

— В Хэмптонс? Да…

— Нет, прямо здесь, — он указал на песок под его ногами. — Твои ноги ступали здесь?

Джил положила свою ледяную руку на моё предплечье и сжала его. Позже она сказала мне, что между нами прям всё искрило.

Я нервно рассмеялась. Ещё до этого я увидела в отражении раздвижных стеклянных дверей, что мои губы были красными от напитка.

— Да. Вчера вечером мы запускали фейерверк.

— Хорошо, — привлекательный нападающий упал на колени и устремил свой взгляд в небо. — Господи, спасибо. Прости, если когда-нибудь сомневался в тебе…

— Хант, что, чёрт возьми, ты вытворяешь? — спросил один из игроков на пляже.

Он снова посмотрел на меня и ответил, чтобы только я слышала.

— Я поклоняюсь земле, по которой она ходила. В буквальном смысле. Это самое малое, что я могу сделать.

Я сильно покраснела, пока Джил аплодировала.

— Все видели? — закричала она парням, которые глупо таращились. — Вот как это делается, — она подмигнула ему. — Браво.

Это было слишком, но это сработало. Я бы упала в обморок, даже если бы он просто предложил обновить мой напиток.

— Останься и посмотри игру, — сказал он. — Останешься, Сэди?

Мои щёки уже болели от улыбки.

— Да.

— Не бросай меня. Ладно? Я вернусь за тобой.

Он так и сделал. Его звали Натан. Когда игра закончилась, и они отмылись, Натан со своими друзьями пришли к нам на ужин. Позже в тот вечер на одеяле на пляже мы делились разными историями. Мы загадывали желания на падающих звёздах. Мне было двадцать четыре.

С того самого дня Натан обожал меня. И я позволила себя обожать. Хотя это совсем не значит, что я любила его меньше, чем он меня. Просто мы такие. Или были такими.

Я услышала, как разбилась бутылка. Солнечные воспоминания о том дне в Хэмптонс поглотила равнодушная, беззвёздная станция метро в Бруклине. Меня трясло, сапог был в мой руке. Натан сидел в паре метров от меня, он не смотрел в мою сторону. Наверное, он больше не мог поклоняться земле, по которой я ходила, потому что нашёл новое место для преклонения.

Поезд должен был прибыть три минуты назад. Моё тело осело. Я просто хотела домой, в кровать.

— Эй, — услышала я. — Ты. Ты солгала.

Я не сразу сообразила, что обращались ко мне. Я посмотрела на группу мужчин, которые направлялись в мою сторону — это был мужчина в очках со своими друзьями, которых я встретила у входа в Бруклинский Боулинг. Он плюхнулся на скамейку рядом со мной.

— Ты сказала, что замужем, — он поддразнил меня.

Я искоса на него посмотрела, я была не в настроении.

— Так и есть.

— Врунья, — он сделал заговорщицкое лицо. Его очки съехали на миллиметр вниз на красном носу. — Ты ранила мои чувства.

Я втиснула свою распухшую ногу в сапог.

— Выживешь.

— Не смогу. Мне станет легче после поцелуя.

Его друзья рассмеялись. Женщина, сидевшая рядом, оторвалась на мгновение от своей книги, и затем снова принялась читать.

Я встала и собиралась уйти, но он дёрнул меня за локоть, возвращая меня назад. Он поморгал немного, затем закрыл глаза, сморщился, от него несло пивом.

— Только один разок. А?

— Отпусти, придурок, — я дёрнулась и наткнулась на что-то твёрдое, как стена. Моё сердце подпрыгнуло, когда две руки опустились мне на плечи, удерживая меня.

— Это я, — сказал Натан над моей головой.