— Не совсем. Просто я не давала ему повода, — какое-то мгновение мы смотрели друг на друга. Я покраснела. Я никого другого не хотела, только моего мужа. Натан это знал. И я знала, что он хотел только меня, даже если он не показывал это в последнее время.
— Хорошо, — сказал он. — Если он не будет против, я останусь.
Я вела себя глупо. То, что он был здесь, ничего не значило. Натану понравилось бы прийти домой и встретить там нового соседа нашего возраста. Возможно, он также пригласил бы его куда-нибудь сходить. Я махнула рукой.
— Конечно, ты останешься. Я настаиваю.
Каким-то образом, мы все-таки устроились за столом, сервированным кухонными принадлежностями и салфетками. Я не привыкла сервировать стол для себя. Я даже не была уверена, нравилось ли мне это. Натан любил начать есть, как только заходил в квартиру. Ему все время было мало, чтобы я ни приготовила.
Я налила себе еще вина. Мои плечи расслабились.
— Может еще пива?
— Да, пожалуйста.
Я передала ему бутылку, и дополнила каждое блюдо кинзой и лимонным соком. Он открыл вторую бутылку пива и сел за стол. На мое место. Я рассмеялась, а он удивлённо свёл брови вместе.
— Что такое?
— Это моё место, — поддразнила я. — А ты заявлял, что неплохо меня знаешь.
Его настроение заметно улучшилось. Он застенчиво улыбнулся и встал.
— Я об этом знал. Я просто пытался немного тебя расшевелить, — он жестами указал на то, что было позади меня.
— А ты не устала смотреть на кухню день ото дня? Почему бы тебе не дать шанс гостиной?
Под действием вина я рассмеялась.
— Я не знаю…
— Да ладно тебе, — он снова сел на моё место, теперь уверенный в своём решении. — Тебе просто необходима смена декораций.
— Так уж и необходима? — я села на стул Натана. Странно было сидеть с другой стороны, смотреть на кого-то другого. — Да это же совсем другой мир.
— А мне нравится, — сказал он, вглядываясь в меня. — Лично я могу привыкнуть к этому виду.
Я посмотрела вниз на свою еду. Он флиртовал? Я не могла сказать. Я не могла доверять своим суждениям. Я уже сто лет ни с кем не флиртовала, кроме Натана, и я знала его очень хорошо, я легко могла его возбудить. Это было легко до недавнего времени. Мне просто нужно попробовать ещё.
— Я говорю о кухне, разумеется, — добавил он, его рот изогнулся в улыбке. — Милая комната.
Я почти закатила глаза. Теперь я слышала это в его тоне. Он определенно был игривым.
— Мы вообще кушать будем сегодня?
— Только после вас, — пригласил он. Он подождал, пока я начну есть. Судя по тому, как он работал вилкой, еда ему нравилась.
— А, — сказал он, — и
Я замерла.
— Извини что?
— Это как я сделал заказ сегодня утром. Я указал на это слово в меню и сказал, «я возьму завтрак».
— Просто… завтрак? И она поняла, что ты имел в виду?
— Возможно, я выглядел голодным, — он съел ещё полную вилку овощей. — Она все поняла.
Я рассмеялась с закрытым ртом. По какой-то причине мне было очень смешно.
— Итак, если бы я к тебе присоединилась, что тогда? Мы бы заказали два завтрака?
Он пожал плечами.
— В следующий раз присоединяйся ко мне, и посмотрим.
— Хорошо, — согласилась я. Я не думала, что это произойдёт в действительности, просто интересно было представить такую ситуацию.
Он огляделся вокруг кухни, жуя.
— У тебя действительно прохладно. Не то, что бы я жаловался.
— Мы не включаем обогреватель до двадцать первого ноября.
Он удивленно поднял брови.
— Это особая дата? Почему не двадцатого? Или двадцать второго?
— Это как традиция.
— Странная традиция.
— Наши друзья тоже так думают, — я откусила кусочек. Курица была сухой. Я подумала, заметил ли он, и постаралась не выглядеть расстроенной. — Это то, что только мы с Натаном можем оценить. Мы провели наши первые три недели здесь без тепла.
— Ты шутишь?
Я улыбнулась моей тарелке, и покачала головой.
— Мы спали на матрасе на полу, пока не привезли нашу кровать.
В нашу первую ночь в квартире, мы занимались любовью на деревянном полу, потом спустились вниз за едой. В том же углу, в котором я стояла сегодня утром, Нат освободил несколько прядей моих волос из-под вязаной шапки и поцеловал каждый миллиметр моего лица. Мы прогулялись по улице и съели яичницу — глазунью, обнимаясь в кабинке закусочной. Я проглотила еду, курица застряла в горле. Теперь, казалось, это было сто лет назад. Последнее время Натан был холоден. Не ко всем — только ко мне. Я все еще пыталась его понять. Я не из любящей семьи. Все, что я знаю о любви и настоящей близости, я узнала благодаря Натану. Неприятно видеть, как он всё больше отдаляется с каждым днём. Он говорил, чтобы я не давала ему слишком много свободного личного пространства. Он всегда говорил, что именно это и разъединило его родителей. Но, мне кажется, что ему оно сейчас необходимо.
— Почему так долго?
Я подняла взгляд. И сразу же стала гадать, присутствовала ли в его глазах жалость. Я села ровнее.
— Ты имеешь в виду, почему мы спали на полу? Мебельный магазин.
