– Нет, не стоит, я просто делала свою работу.
Он кладет руку на мое колено, кожа под ней горит, а все тело немеет как парализованное. Я почти кричу, но сдерживаю эмоции.
– Позвольте сводить вас на ужин. Николь, прошу, не отказывайте.
– Я сейчас все время занята, много работы, готовим к выходу журнал, – отвечаю скороговоркой и хочу скинуть руку, но боюсь показаться грубой, поэтому терплю.
– Не страшно, можно попозже, – с этими словами он убирает руку с колена, а оно теперь подрагивает как заведенное до самого конца поездки. И я вновь кричу «нет», и вновь никто не слышит.
Прихожу в себя в незнакомой комнате, лежа лицом к стене. Голова жутко болит, это я чувствую сразу, как только открываю глаза. Превозмогая боль, поворачиваю голову. Моему взору открывается пустая комната. Нет никакой мебели, на черных стенах ни картин, ни фотографий. Хочу поднять руку, но не могу. Я вообще не могу пошевелиться – тело как будто налито свинцом. Понемногу прихожу в себя, и меня тут же охватывает паника. Где я? Как здесь оказалась? Давно меня здесь держат?
Пытаюсь вспомнить, что произошло. Но память будто стерли. Последний день, пара дней или неделя просто исчезли. Лишь обрывки разговоров и встреч: Ангелина, Лев, Артур, стульчик для стихотворения, рука на коленке. И меня охватывает паника. Это он меня сюда привез?
Пытаюсь кричать, но из уст вырывается глухой стон. Мне удается привстать с кровати. Тело потихоньку начинает меня слушаться. В горле пересохло. И только теперь обнаруживаю, что здесь нет окон. Я часто и шумно дышу, с силой зажмуриваюсь, голова от этого болит сильнее. В висках стучит огромный чугунный колокол.
После выхода журнала в свет редактор зовет меня на обед. Что меня ждет: кнут или пряник? Но все оказывается еще хуже, когда за столиком в кафетерии меня ожидает не только Александр, но и Артур.
– Дорогая, твоя статья оказалась очень хороша. И у нас появилось еще одно предложение для тебя.
– Я не…
– Николь, вы же не откажете мне в удовольствии еще раз с вами посотрудничать. На этот раз речь идет о более тесной совместной деятельности.
Александр улыбается и не сводит с меня глаз, он явно дает понять, что я не могу отказывать. Мужчины что-то продолжают говорить о концепции следующего номера, но я даже не стараюсь вникнуть в разговор. Понимаю, что на самом деле нужно Артуру от меня. Его последний жест прекрасно продемонстрировал его намерения, и меня охватывает беспокойство от одной мысли, что мы с ним можем остаться наедине. Я разрываюсь между чувством долга и чувством страха. Не могу подвести руководителя, но неужели мне придется наступить себе на горло, угождая начальнику и клиенту? Должна ли я наплевать на собственные чувства и ставить на первое место чужие интересы?
Затишье. Меня никто не тревожит несколько дней, дают время на раздумья. Мысли крутятся вокруг Артура по бесконечной спирали. Я сконцентрировалась на новых трудностях, забыв о том, что за мной кто-то мог следить. Я перестала озираться, брать такси по утрам, искать попутку вечером. Но терять бдительность плохо, потому что именно в этот момент тебе могут нанести удар.
Суетливо собираюсь на работу, смеюсь с Алисой перед выходом, запираю дверь и спешу на остановку. Все как обычно: спешащие ноги, сонные лица, негромкие голоса. Но этим утром в кармане пальто раздается оповещение о новом входящем письме. Не обращаю внимания и смахиваю все уведомления на экране телефона в сторону. Почту проверю на работе. Мини-планерка, утренний кофе, шутки с коллегами, и я приступаю к работе. На почте, как обычно, много входящих, но одно из них пугает заголовком: «Как тебе такое, Николь?». Узнаю адрес, с него я получила письмо с фотографиями с благотворительного вечера, где мы с Максом. И снова. Зачем? Кто это делает? Понимаю, что ответ прячется за угрожающим заголовком, но не могу кликнуть по нему. Я застыла, как если бы передо мной возник грабитель с пистолетом.
Щелчок мыши – и на весь монитор я с Максом в постели. Неприкрытая нагота, смятые простыни и чужое тело, не мое тело. Конечно, не мое! Ловкая работа профессионала. Я щурюсь и наклоняюсь ближе к экрану, чтобы получше разглядеть детали. Картинка действует на меня скверно, видеть себя, но понимать, что это не ты. Пролистываю вниз. Еще два файла, скриншоты с телефона. Один из них – переписка с Максом, все сделано таким образом, будто мы с ним обсуждаем сделку. Я выставляю заоблачную цену, а Макс на нее соглашается, но о чем идет речь, неясно, хотя в контексте первой картинки можно догадаться. Следующий скриншот – «На ваш счет зачислено…» и ровно столько денег, сколько я назвала.
«Если ты мне не заплатишь, эти снимки попадут во все газеты».
