– И как до тебя не дошло? – спросил он, все еще всхлипывая от смеха. – Да ладно ты, ничего удивительного, но как это не дошло до Уилла?
Она задумчиво пожала плечами.
– Впрочем, это риторический вопрос. Ну, смотри…
Продолжая хихикать, Эрхард взял Ронни за локоть и отвел ее руку назад.
– Ни в коем случае не сгибай запястье и не разжимай пальцы. Корпус поворачивай аккуратно. И одновременно с этим поворотом кидай кинжал в цель. Запомнила?
Ронни ничего не ответила.
Представив, что крепко сжимает в пальцах оружие, она замахнулась, выкинула руку вперед и моментально споткнулась, больно стукнувшись коленями о начищенный пол под очередной громкий взрыв смеха.
– Кажется, запомнила, – прокряхтела она, вновь встав на ноги.
– Не забывай про свою ведущую руку, – посоветовал Эрхард. – Множество проблем может возникнуть только из-за того, что ты пытаешься пользоваться правой. Как я понимаю, у тебя не так много времени, чтобы переучиваться.
– И на том спасибо, – ответила Ронни.
Как ни странно, именно пятиминутное объяснение Эрхарда оказалось полезнее, чем все прошедшие тренировки вместе взятые.
Они распрощались, и Ронни наконец удалось вернуться в комнату. Она с облегчением выдохнула, опустилась на мягко прогнувшееся одеяло и уставилась на потолок.
Поцарапанное Верноном запястье опять заныло и невыносимо зачесалось. Роннипотянула за край бинта и осторожно попыталась снять его с руки. Повязку пришлось отдирать от присохшей крови, и примерно на полпути она пожалела о поспешно принятом решении.
Когда запястье полностью освободилось от бинта, она, оглядев покрытые запекшейся черной кровью царапины, непроизвольно выругалась. Мадлен, отложив книгу, сказала:
– Послушай, это явно ненормально. Может, следует кого-то позвать?
– Да нет, не стоит, – пробормотала Ронни. – Должно пройти…
Не договорив, она ойкнула и стиснула зубы из-за вновь вспыхнувшей боли, которая на этот раз была гораздо сильнее.
Уткнувшись вспотевшим лбом в подушку, она, совершенно не к месту хихикнув, поняла, что извивающемуся на полу Вернону, наверное, хотелось только одного.
Умереть во второй раз.
– Лежи, я сейчас вернусь, – велела Мадлен и выбежала из комнаты.
Ронни кивнула и дрожащими пальцами попыталась вернуть бинт на место, но он, оказавшийся неожиданно измятым и кое-где порванным, упорно не хотел ложиться аккуратной ровной полосой.
Когда дверь вновь хлопнула, с языка едва не слетели заготовленные слова, которые предназначались Уильяму – Ронни была уверена, что соседка приведет именно его, – но вид весьма мрачного Хирама сбил ее с толку.
Демон мягко опустился на колени перед ее кроватью и взял ее руку ледяными когтистыми пальцами.
– Это не просто дигиталис, – медленно произнес Хирам, пробежав глазами по царапинам. – И не его деформация. По правде сказать, я не уверен, дигиталис ли это в принципе. Слишком уж сильная реакция.
Ронни, замерев, наблюдала за тем, как он касается подушечками пальцев запекшейся крови.
– Мы владеем нужными лекарствами, просто мне и другим наставникам придется каждые полчаса наблюдать за вашей рукой. Вы правша?
– Нет, – ответила Ронни.
– Уже лучше, – кивнул Хирам. – Рука практически ни в чем не будет задействована и тренировкам, в принципе, не помешает.
– Ну, это самое главное, – съязвила она и снова поморщилась, когда на царапины лег толстый слой приятно пахнущей мятой мази.
Через десять минут Хирам, велев Ронни не делать лишних движений рукой, ушел. Она, тотчас же забыв о его совете, с досадой стукнула кулаками по одеялу.
Внимательно рассматривавшая какой-то предмет Мадлен подняла голову. Лицо ее напоминало лист чистой бумаги: такое же белое, без единственной кровинки. Ронни почувствовала пробежавший по спине холод.
Что-то было не так. И она это почувствовала.
– Надо что-то делать, – хрипло сказала Мадлен.
В предмете, который соседка подняла в воздух, Ронни с удивлением узнала треснувшее зеркало.
– Эй, просыпайся.
Она постучала ногтем по посеребренной раме.
– Я не сплю, – отозвался чей-то знакомый высокий голос с надменными нотками. – Заснешь тут!
– Эммануил! – радостно воскликнула Ронни. – Как это вообще возможно?
– Скажем, встретились мы абсолютно случайно, – усмехнулась Мадлен.
Ронни тут же посерьезнела:
– Ты умеешь переходить из зеркала в зеркало?
– Только в самых крайних случаях, – ответил Эммануил.
На потрескавшейся глади смутно проявились резкие черты лица.
– Сейчас как раз такой, – добавила соседка.
– Да что случилось? – нахмурилась Ронни.
Эммануил откашлялся.
– Через некоторое время после того, как вы перебрались в Гильдию, директор совсем сошел с ума. Он выкинул из Лицея большую часть преподавателей. Договорившись с Синклитом, усилил охрану, якобы из-за постоянных нападений. Да только это не помогло. Нападения продолжались. Нефари появлялись снова и снова, заглядывали в окна, ловили самоуверенных студентов, которые думали, что они настолько везучие, что с ними ничего не случится, и поэтому выходили на улицу. А потом не возвращались.
Эммануил перевел дух. По зеркалу пошла рябь.
