Он встал перед ней. Иалина посмотрела на него, задыхаясь от распирающего грудь воздуха, словно лёгкие стали вдруг слишком большими для её тела. Внутри уже всё полыхало. Хотелось кричать, но взгляд Немарра удерживал её от наваливающегося безумия. Огненный, но в то же время спокойный взгляд дракона. Возможно, он был гораздо моложе Изначальной. Но за то время, что она не вырывалась наружу, стал гораздо опытнее.
Иалина сжала зубы, стараясь не оглохнуть от грохота собственного сердца в ушах.
– Что мне делать? – выкрикнула испуганно.
– Слушайте её и принимайте. Не сопротивляйтесь. Помните?
Она помнила каждый урок его. Конечно. Как такое забудешь? Иалина провела ладонью по груди, которая, кажется, уже плавилась, словно тонкая стальная пластина. Страшный взрыв боли опрокинул на колени. Пальцы вонзились в холодную, просто ледяную землю. Как такое можно вытерпеть? Она словно умирала. Мучительно долго. Будто её в этот самый миг начали четвертовать. Не чувствовала больше ни рук, ни ног – только всепоглощающий жар, в котором тело сгорало дотла. Неужели после такого ещё можно снова стать собой?
Иалина закричала, срывая голос и царапая кожу: разорвать скорее! Освободить Её, чтобы эти мучения закончились! И вдруг резко провалилась в душный сумрак.
Очнулась только в карете, чувствуя, как та тряско покачивается на колдобинах. С ног и до самого подбородка она была закутана в плащ и сидела, словно куколка шелкопряда, на коленях Немарра.
– Простите меня, мадемуазель. Наверное, вам ещё рано. Или Она просто очень сильная. С этим сложно жить.
Иалина облизнула сухие губы. Маркиз пошарил рядом с собой и дал ей напиться из небольшой фляги.
– Когда-то я должна была испытать это. – Она прижалась к нему настолько сильно, насколько могла. – Но это было страшно.
Де Коллинверт погладил её по волосам. Казалось бы, совершенно отеческий жест, но от него всё равно становилось томно в груди. Проклятая драконица! И что ж она так рвётся к нему, будто он – единственный на свете? И тут же в ответ на возмущённые мысли – сильный толчок, от которого едва не хрустнули рёбра. Иалина ахнула от неожиданности. Немарр опустил на неё удивлённый взгляд.
– Мы справимся. Я сделаю всё, что в моих силах, – сказал напоследок и замолчал до самого поместья.
Ещё один день прошёл в напряжённом ожидании хоть каких-то вестей от его преосвященства. Иалина осталась в доме почти одна, если не считать слуг. Немарр с утра выехал из имения: он не оставлял попыток снискать помощи в деле Анри хоть у кого-то из наиболее влиятельных знакомых. Но пока никто не хотел даже ввязываться в это.
Все они, запертые в оковах законов, ждали, когда маркиз осчастливит их, отыскав Источник. Но никто не хотел рисковать своей шкурой или расположением короля ради него. И за это Иалина готова была сама сжечь их дома. Почти с самого утра, как отбыл Немарр, она разместилась в большой беседке, откуда открывался вид на главное крыльцо замка. Девушка ждала возвращения маркиза и с трудом заставляла себя оставаться на месте, а не мерить шагами всё имение.
– Успокойтесь, дорогая, – не выдержала её нервного сопения дуэнья, которая с книгой расположилась рядом, но быстро задремала. А теперь вот проснулась. – От того, что вы будете без конца сверлить взглядом ворота и накручивать себя, ничего не изменится.
Пожалуй, она была права: так можно снова устроить пожар в комнате, если постоянно переживать даже из-за того, что от неё не зависело. Но Иалина ничего не могла с собой поделать. Она постоянно думала о том, что должно случиться. И постоянно – о Немарре, словно чувствовала все его сомнения и тревоги. Его злость от бессилия сделать больше, чем он уже сделал.
На ведущей к крыльцу дорожке вдруг показался всадник, обычный посыльный. Его встретила мадам Бранта и приняла от него маленький конверт – только белое пятно с того расстояния, откуда наблюдала Иалина. Дуэнья тоже выглянула из-за её плеча.
– Какое-то известие.
– Лишь бы не извещение о казни Анри. – Иалина так сжала пальцами веер, что тот, хрустнул.
Порой она не могла рассчитать силу, которая вдруг появилась в её теле, больше похожая на мужскую. Это проявлялось не так уж часто, но всегда неожиданно. Если забыться – может выйти неловкость на глазах у тех, кто знать ничего не должен.
Совершенно измаявшись, они с мадам Арлиндой всё же вернулись в замок, скрываясь от дневного зноя. Женщина ушла отдыхать, а Иалина, едва выпив вместо обеда холодного чая, припала на сей раз к окну. И всё же застала момент, когда маркиз вернулся. Почти к сумеркам. Опасаясь беспокоить его попусту, она едва дождалась ужина и во время него узнала, что завтра к вечеру ожидается наконец визит отца Мерреда.
Нельзя было сказать, что это обрадовало и облегчило душу, но поддержало ещё какую-то надежду на решение королём судьбы Анри.
