Немарр удовлетворённо покивал, глядя мимо неё. Он дёрнул колокольчик, приказывая кучеру ехать. Иалина привалилась к стенке кареты, уставившись в носки своих чуть выглядывающих из-под подола туфель. Теперь-то снова встречаться с отцом Мерредом ей вовсе не хотелось. Может, оттого, что этот день станет, скорее всего, решающим? Ведь тянуть больше некуда? Анри вот-вот казнят. А может, и потому, что поведение жреца тревожно изменилось. Хотя чего удивляться? Разве не этого она добивалась? Чтобы из кокона благочестивости и сдержанности прорвался, наконец, мужчина, который способен желать женщину. И более того – взять её.
– Что случилось, мадемуазель? – голос Немарра выдернул её из размышлений.
– Ничего. Всё идёт по вашему плану, только и всего.
Немарр постучал пальцами по сидению дивана и вдруг пересел рядом с Иалиной.
– Что произошло во время вашей встречи? Говорите.
Она подняла на маркиза взгляд.
– Ничего, что вас не устроило бы. Мы поговорили. Я попросила его вступиться за Анри. Он поцеловал меня. И я ушла.
Маркиз кашлянул, кажется, слегка ошарашенный её рассказом. Как будто не предполагал, что так в конце концов случится. Смешно даже.
– Поцеловал, значит, – буркнул он глухо. – Надо же.
Иалина прищурилась, всматриваясь в его лицо. Немарр вздохнул, и линия его губ на миг исказилась, словно ему стало вдруг мерзко.
– А вы ожидали чего-то другого? Что он сразу задерёт мне юбку? – она усмехнулась. – Простите, но в его кабинете не очень удобно…
– Замолчите! Я сказал вам, что поговорю с ним. И попытаюсь пойти другим путём. Ещё попытаюсь. Но его сложно уговорить на встречу. А желание увидеть вас хотя бы приведёт его в мой дом.
– Вы сами знаете, что нам некогда вести переговоры. – Иалина оставила попытки его уколоть, осознав, что грядущее вдруг начало его тяготить. Немарр де Коллинверт ревнует? Да скорее небо обрушится на землю и однодушные научатся летать.
– Я знаю, моя маленькая богиня.
Иалина обхватила его за локоть, невыносимо желая прикоснуться и уверить в том, что всё будет хорошо. Хотя сама не слишком-то на это уповала. Она прижалась щекой к его плечу, жмурясь от невероятно приятного чувства: будто снова оказалась под защитой.
Немарр посмотрел на неё сверху вниз и улыбнулся, только совсем не весело.
В молчании они доехали до имения. Иалина ступила на крыльцо, поймав себя на странной мысли, что заходит в этот дом как в свой. Что бы с ней ни случалось здесь, что бы ни было дальше, а это место она точно запомнит на всю жизнь.
Немарр догнал её и поддержал под локоть.
– Спасибо вам за всё, мадемуазель, – шепнул, остановившись у лестницы. – За понимание и терпение.
– Вы сами сказали, что мы теперь в одной упряжке. Наверное, сейчас у меня по-настоящему нет выбора.
Она поднялась к себе в покои. Почти сразу прибежали Авия и Бринда, будто следили за дверью и поджидали её. А чуть позже появилась и мадам Арлинда, весьма недовольная тем, что подопечная не взяла её с собой.
– Что было бы, увидь вас кто-то в храме? – Она жестом отогнала служанку, которая в этот миг распускала причёску Иалины, и сама взялась за гребень. – Вы с его сиятельством очень рискуете. Ваши смелые шаги могут сыграть плохую шутку.
– Мы вынуждены торопиться, мадам. На осторожности нет времени. Анри скоро казнят.
Дуэнья с любопытством оглядела её лицо.
– Вы так изменились, – проговорила задумчиво. – И в то же время остались такой же. Я не могу сказать, что Немарр сломал вас. Но и не могу понять, что вдруг заставило вас поддерживать его.
– Может быть, это ваша заслуга? Разве не для этого вы были приставлены ко мне? Чтобы убедить в его правоте.
Мадам Арлинда покачала головой, неспешно, убаюкивающе проводя гребнем по волосам Иалины.
– Я ещё в первый день знакомства поняла, что эта задумка его сиятельства провалится. А потому вовсе не считаю, что как-то причастна к вашим изменениям.
Иалина отстранилась и встала.
– Я просто многое поняла.
Оставив на столе ужин, Авия и Бринда уже ушли. Дуэнья отказалась от приглашения разделить его с подопечной, а потому скоро покинула комнату, оставив Иалину в долгожданном одиночестве. Слова Немарра о том, что никому в этом доме доверять нельзя, изрядно подпортили ей отношения со всеми вокруг. Она просто не могла любезничать с теми, кто, возможно, желал её смерти. Или не желал, но выполнял чей-то приказ.
Пытаясь успокоить мысли, которые с каждым днём приходили во всё больший беспорядок, Иалина посидела за вышиванием, но сумела сделать немногое. Усталость и рассеянность давали о себе знать. Она пыталась изобразить на салфетке родовой герб де Коллинвертов и не хотела его испортить, а потому отложила рукоделие, как только поняла, что сосредоточиться не может.
С удивлением девушка обнаружила, что за окном уже глубокая ночь, а со стола как по волшебству исчез поднос с остатками ужина. Нет, если так и дальше дело пойдёт, она перестанет замечать хоть что-то даже перед своим носом.
