Иалина подняла к нему лицо. Серые глаза жреца смотрели так тревожно. В них билось такое невероятное смятение, что она невольно прониклась им. Захотелось избавить его от всех сомнений. Захотелось увидеть на его лице решимость попрать все выстроенные им же запреты, как это делал… Немарр? Иалина провела большим пальцем по его подбородку, и Мерред поймал её запястье, останавливая. И показалось – отстранится, удержится под колпаком правил и обетов. Но он вдруг нахмурился, и промелькнул в его взоре, твёрдой линии губ тот самый проблеск.
Он положил руку Иалины себе на плечо и, склонившись, поцеловал её. Сначала легко, словно пробуя на вкус вино и решая, нравится ли ему. Но с каждым мигом его губы льнули всё сильнее, всё крепче он прижимал девушку к себе, обхватив за талию. Ощутимая прохлада, от которой в голове будто что-то прояснялось, поползла по телу. И вдруг – всё оборвалось. Мерред отшатнулся.
Иалина открыла глаза и сжала пульсирующие от поцелуя губы.
– Простите, – шепнула.
Сейчас нужно дать ему почувствовать, что она виновата в том, что случилось. Чтобы он не корил себя. Но, похоже, эта уловка не удалась.
– Нет, я сам не должен был. – Он провёл ладонью по лицу, но в голосе не слышалось раскаяния, только спокойное осознание того, что он сделал. – Я попытаюсь поговорить с его величеством. У меня как раз завтра встреча с ним. И я обязательно коснусь этого вопроса.
– Спасибо. – Иалина так и замерла, схватившись за сползшую с плеча шаль, не зная, что ей сейчас делать: остаться на месте или спешно уходить. – Но как я узнаю о том, что сказал вам его величество? Вы отправите мне письмо? Я умру от ожидания, ваше преосвященство!
Мерред медленно развернулся к ней, всё ещё часто и глубоко дыша. На щеках его загорелся лихорадочный румянец. И смотрел он так, будто в следующий миг ему предстоит броситься с самого высокого пинакля храма.
– Скажите, вы пришли только ради того, чтобы попросить за виконта? – Он бездумно провёл пальцами по ряду пуговиц на своём одеянии. – Отвечайте, Иалина.
– Простите меня, – вместо ответа снова извинилась она, пытаясь на ходу придумать, что сказать правильнее.
– Только из-за него? – Жрец снова подошёл. – Скажите мне, что всё придумал я сам. Что всё, что я вижу в вас, – только плод моих фантазий. И то, что пытаюсь услышать в ваших словах, – тоже.
– Всё, что я могу вам сказать, сделает только хуже. Для вас и для меня, ваше преосвященство. Но я пришла не только ради Анри. Будь моя воля, я была бы рядом гораздо чаще. – Иалина перевела дух. В голове явственно кружило от того, что она говорила. – Но на то нет моей воли. И вашей, боюсь, тоже.
– Я приеду к вам сам, когда состоится наш разговор с его величеством. Ваш дядя давно уже зазывает меня на аудиенцию. Нам есть что с ним обсудить. Тогда я лично расскажу вам все подробности. – Кажется, Мерред совсем совладал с тем порывом, что внезапно охватил его.
– Я буду очень вам признательна. Простите, мне нужно идти. Иначе моё исчезновение заметит его сиятельство. – Иалина присела в книксене и направилась к выходу, но только дёрнув ручку вспомнила, что комната по-прежнему заперта.
В спину ударило ответное молчание отца Мерреда. Несколько размеренных шагов – и его ладонь упёрлась в дверь рядом с её плечом. Иалина прислушалась к его дыханию и громкому стуку сердца, опасаясь даже взглянуть, но всё же повернула к нему голову.
– Отоприте, пожалуйста.
Жрец улыбнулся как-то незнакомо. В то же время выражение его лица сейчас было таким, будто раньше уже доводилось такое видеть. Но как Иалина ни пыталась вспомнить, в какой миг их общения такое могло случиться, ничего не получалось.
– Конечно, – мягко проговорил он и достал из кармана ключ.
Тихий звон будто пронзил душное напряжение момента. Иалина отошла чуть в сторону и едва не вздрогнула, когда Мерред, отпирая дверь, приобнял её за талию.
– До встречи, мадемуазель. Если нужно, я провожу. Но вы, похоже, и так прекрасно знаете, как отсюда выйти.
– До встречи, ваше преосвященство.
Иалина едва не бегом бросилась по коридору. Еле удерживая шаг, она кусала губу, борясь с желанием обернуться и убедиться, что Мерред не идёт следом. Как она пропустила ту грань, когда находиться с ним рядом стало совсем некомфортно? Ведь ещё в начале встречи он изучал обычное своё тепло и участие. А в конце, после этого злосчастного поцелуя, вдруг превратился в хищника, от которого хотелось сбежать подальше.
Она через чёрный ход вышла на задний двор храма, прошла через липовую рощу до ожидающего её экипажа. Распахнула дверцу…
Немарр тут же отвлёкся от созерцания ленивой по случаю жары городской жизни в окошко кареты.
– Ну, что он сказал?
Иалина села напротив и сдёрнула с плеч ненавистную шаль, которая липла к покрытым испариной рукам.
– Сказал, что поговорит с его величеством.
– Ну, это дело бесполезное, – фыркнул маркиз. – Что ещё?
– Что приедет, как только что-то станет известно.
