Два дня спустя случилось нечто ещё более загадочное. Ему встретился купец, который ехал в повозке с двумя хорошенькими дочками и сыном-дурачком. У повозки отвалилось колесо, и всё семейство сидело на обочине дороги. Ю-ю в своём новом разбойничьем качестве следовало бы забрать у купца всё золото и попользоваться дочками — тут тебе и добыча, и удовольствие. Он это самое и собирался сделать — даже постарался состроить грозную мину, подходя к ним. И сжал рукоять меча, готовясь обнажить его для устрашения своих жертв.
Час спустя он починил повозку и проводил путников до их родной деревни милях в шести к востоку. За это его накормили, обе девчонки чмокнули его в щёку, а жена хозяина дала припасов на дорогу.
«Глуп ты, брат, для разбойника», — сказал он себе, снова пускаясь в путь.
А теперь вот глупость завела его в Кайдор, где всякий чиадзе бросается в глаза, как… как… Ю-ю не мог подобрать иного сравнения, кроме «бородавки на шлюхиной заднице». Сравнение было не слишком лестное, и он старался не думать об этом. Ему бы раньше сообразить, что не может чиадзийский воин промышлять разбоем в стране, где его тут же опознают, куда бы он ни пошёл.
В это время на берег вышла молодая белокурая женщина. К изумлению Ю-ю, она стала раздеваться, не обращая на него никакого внимания, а потом, совсем голая, пробежала по песку и бросилась в воду. Вынырнув на поверхность, она длинными лёгкими взмахами подплыла к месту, где сидел Ю-ю. Там она стала ногами на дно и тряхнула мокрыми волосами.
— А ты почему не купаешься? — крикнула она. — Взопрел, поди, в своей волчьей шкуре?
Ю-ю признался, что взопрел. Она засмеялась и поплыла прочь.
Ю-ю со всей возможной быстротой скинул с себя одежду и тоже прыгнул в море. Он плюхнулся животом, и ощущение оказалось не из приятных, но то, что последовало за этим, было ещё хуже. Он камнем пошёл ко дну. Молотя что есть мочи руками, он сумел высунуть голову наружу и глотнул воздуха, но тут же снова скрылся под водой.
Его охватила паника, но тут кто-то за волосы вытянул его наверх.
— Набери воздуху и удержи его в себе, — распорядилась женщина. Ю-ю повиновался, бултыхаясь рядом с ней. — Воздух в лёгких держит тебя на плаву.
Ю-ю немного успокоился. Она сказала правду: пока он удерживал в груди воздух, он не тонул.
— А теперь ложись на спину, я тебя поддержу. — Она подвела под него руки, и он с благодарностью доверился ей. Взглянув направо, он увидел пару великолепных грудей. Воздух с шумом вырвался из его лёгких, и он опять ушёл под воду. Женщина вытолкнула его обратно, и он некоторое время отплёвывался. — Какой же это дурак лезет в море, не умея плавать?
— Меня зовут Ю-ю Лиань, — сообщил он между двумя глотками воздуха.
— Давай-ка я поучу тебя, Ю-ю Лиань.
И она показала ему несколько основных движений, с помощью которых он мог передвигаться по воде. Солнце пригревало ему спину, вода охлаждала тело. Наконец он под её руководством доплыл до берега. Женщина пошла к своей одежде, Ю-ю последовал за ней.
Она встала под маленький, стекающий со скалы водопад, чтобы смыть с себя соль. Ю-ю, разинув рот, глазел на её красоту. Он тоже обмылся пресной водой, потом они вернулись на песок, и женщина села на камень, чтобы обсохнуть.
— Ты приехал с господином Мадзе Чау, — сказала она.
— Да, я его… телохранитель. — От её наготы у Ю-ю кружилась голова, и он с трудом понимал и без того плохо им усвоенный язык круглоглазых.
— Надеюсь, дерёшься ты лучше, чем плаваешь.
— Я великий боец. Я дрался с демонами. Я ничего не боюсь.
— Меня зовут Норда, и я служу во дворце. Мы все слышали о сражении с демонами в тумане. Правда это? Или вы дрались с обыкновенными разбойниками?
— Нет, с демонами, — подтвердил Ю-ю. — Я отрубил одному руку. И она сгорела на солнце. Я это сделал.
— Правда?
— Нет, — вздохнул Ю-ю. — Руку отрубил Кисуму. Но я бы тоже мог.
— Ты мне нравишься, Ю-ю Лиань. — Она с улыбкой встала, оделась и пошла обратно во дворец.
— Ты мне тоже нравишься, — сказал вслед Ю-ю.
Она помахала ему и ушла.
Он посидел ещё немного, а потом понял, что проголодался, оделся, заткнул меч за пояс и зашагал вверх.
Жизнь в Кайдоре, пожалуй, тоже могла быть приятной.
Кисуму сидел на балконе их общей комнаты, рисуя скалы и город по ту сторону залива.
— Я превосходно провёл время, — сказал ему Ю-ю. — Купался с красивой женщиной. Волосы у неё золотые, а груди как дыни. Очень красивые. Я великий пловец.
— Я видел, — сказал Кисуму. — Но если хочешь стать раджни, ты должен отречься от плотских желаний и сосредоточиться на духовных — лишь тогда душа твоя придёт к истинному смирению.
Ю-ю подумал и решил, что Кисуму шутит. Он посмеялся из вежливости, хотя и не понял шутки, и объявил:
— Я голоден.
