Глаза администратора расширяются, и она секунду ошеломленно моргает, прежде чем Рейвен снимает солнечные очки.
— О, — выдыхает она. — Рейвен Виндзор… Я… Простите, что не узнала вас сразу! Пожалуйста, присаживайтесь, я сейчас же позову Макса.
Она в панике уносится прочь, а Рейвен с виноватой улыбкой бросает на меня взгляд, когда замечает, как я таращусь на нее.
— Возможность сказать, что он работал с одной из женщин Виндзор, для Макса бесценна. Неважно, что у него в расписании. Он отменит все ради нас.
Как она и обещала, я оказываюсь в кресле на несколько часов, а Рейвен остается рядом. Я думала, она уйдет через час, но она просто сидит и развлекает меня историями о Дионе, ее внимание полностью сосредоточено на мне.
— Ты не обязана этого делать, знаешь? — бормочу я спустя какое-то время, испытывая вину.
Она моргает, слегка нахмурившись.
— Делать что?
— Тебе не нужно заставлять себя оставаться здесь. Я вполне могу посидеть одна. Честно говоря, я вообще не ожидала, что ты поедешь со мной. Думала, просто дашь мне контакт хорошего мастера — и все.
Рейвен смеется, в ее глазах искреннее веселье.
— Солнышко, ты и Дион похожи куда больше, чем ты думаешь. Тебе действительно так сложно поверить, что я хочу провести немного времени со своей невесткой?
Ее улыбка медленно гаснет, взгляд на секунду уходит куда-то вдаль.
— Как я уже говорила, мы с тобой больше похожи, чем ты думаешь. Я упоминала свою сестру, не так ли?
Я киваю, и в груди шевелится чувство вины за то, что разговор свернул в эту сторону, вынудив ее вспомнить. «The Herald» разорвала Рейвен в клочья из-за Ханны, и даже мне известно, что между ними не осталось ничего, кроме пустоты.
— Мы с сестрой никогда не имели той связи, о которой я мечтала. Я знаю, что значит чувствовать себя чужой в доме, где ты выросла. Знаю это ощущение — жажду принадлежать чему-то большему. Так что я здесь не из вежливости, Фэй. Я здесь, потому что всегда отчаянно хотела настоящих сестер… И нашла их в Сиерре и Вэл. Я просто надеялась, что у меня появится еще одна.
Я прикусываю губу и киваю.
— Я бы тоже этого хотела, — признаюсь я. Все, чего я когда-либо желала… Это действительно может стать моим, если у меня хватит смелости протянуть руку.
Рейвен усмехается и сжимает мою ладонь, пока Макс сушит мои длинные волосы, теперь окрашенные в насыщенный темно-бордовый цвет. Я смотрю на свое отражение и замираю от удивления. Девушка, которой я была раньше, возможно, не смогла бы достичь того счастья, о котором мечтала. Но та, что смотрит на меня сейчас из зеркала?.. Она выглядит так, будто готова бороться за то, чего заслуживает.
Я замираю в дверях нашей спальни, широко распахнув глаза.
— Черт… — хрипло выдыхаю, жадно осматривая свою жену.
Ее длинные волосы теперь насыщенного темно-красного оттенка, уложенные в мягкие волны, подчеркивают глубину ее голубых глаз. Это зрелище само по себе сносит мне крышу. А еще эти чертовы джинсы. Я никогда раньше не видел ее в джинсах, и теперь не могу отвести взгляда от ее соблазнительной задницы.
Фэй нерешительно касается пальцами своих волос, ее щеки вспыхивают румянцем.
— Эм… Тебе нравится? — неуверенно спрашивает она. — Всегда хотела перекраситься, но, наверное, немного погорячилась.
Я подхожу к ней и, не давая шанса закончить, резко притягиваю ее к себе, сминая губы в жадном поцелуе.
— Чертовски потрясающая, — бормочу я между поцелуями, прежде чем поднять ее на руки, нуждаясь в том, чтобы она была ближе.
Она смеется мне в губы, когда я опускаю ее на кровать, наслаждаясь тем, как ее роскошные волосы разметались по подушке. Каждый раз, когда она смотрит на меня с такой любовью, я теряюсь. Я показал ей все, что скрывал, выложил все карты на стол и она все равно здесь. Все равно моя. Как, черт возьми, мне так повезло?
— Мне нравится видеть тебя в джинсах, — шепчу, скользя взглядом по ее телу. — А волосы? Просто невероятно, дорогая.
Она снова смеется, но замолкает, когда я переворачиваю ее на живот и провожу ладонью вдоль позвоночника, ниже, к округлостям ее бедер.
— Я боялась, что тебе не понравится, — едва слышно признается она.
Я сжимаю ее аппетитную задницу, теряя последние остатки самообладания.
— Ты всегда великолепна, Фэй. Ты могла покраситься хоть в синий, и все равно бы выглядела чертовски прекрасно… Но это? Черт. Я и раньше считал тебя невыносимо горячей, но теперь это просто убийственно.
Я не выдерживаю, руки уже тянутся к ее поясу, но чертовы джинсы оказываются слишком упрямыми.
— Ты скоро перестанешь смеяться, — рычу, когда не справляюсь с застежкой.
Фэй хихикает и помогает мне, а мой член дергается, когда я стягиваю с нее джинсы, оставляя их собранными у ее бедер. Глубокий стон срывается с моих губ, когда я вижу, как алое кружево трусиков исчезает между ее соблазнительными округлостями.
— На колени, — рявкаю я, больше не в силах ждать. — Я должен быть в тебе.
Она тут же подчиняется, выгибая спину, приподнимая бедра, и от этого вида меня буквально трясет.
— Блять… — шепчу, наклоняясь и целуя ее прямо в изгиб нежной кожи.
