На странице, забрызганной борщом и отмеченной скрепкой, речь шла о враче, о молодом человеке, у которого был чудесный дар: он видел внутренние органы больного. Как только с женщиной переспит, дар исчезает. Потом опять возвращается. И так многократно это было замечено, настолько точно прослежено и подтверждено, что врач и вовсе от женщин отказался.
– Навсегда? – заинтересованно спросил Клаудио.
– Я не знаю, я же всю книжку не читал: толстая больно.
Самое трудное было объяснить Клаудио, каким образом приключения книжного врача связаны с ним, с Майклом, но делать этого и не пришлось. Клаудио все понял без дополнительных разъяснений.
– Как долго ты воздерживался перед чемпионатом? – спросил так, будто речь шла о том, как давно Майкл последний раз чистил зубы у дантиста.
– Я сам разберусь. – Голос Майкла внезапно стал глухим и низким.
Клаудио кивнул и будто страницу перевернул, ту самую, что борщом забрызгана. Бодро заговорил о будущих программах – олимпийской короткой и олимпийской произвольной.
«Адажио» Хачатуряна надо оставить для короткой программы. И музыка хорошая, и своего рода талисман. Для произвольной же Клаудио что-нибудь в ближайшие дни подберет: кое-какие мысли на этот счет у него есть. Главное – надо торопиться! До конца ноября надо успеть показать наброски обеих программ Флоре и Синчауку. Они-то, бедные, про эффект воздержания не знают… Клаудио осекся.
Ну не дурак ли? Поупражнялся в остроумии? Свою же беговую лошадку на ровном месте… Нашел, над чем подтрунивать. Рот открыл, чтоб извиниться, но поздно: Майкл с позеленевшим лицом уже сходил со льда на резиновый коврик. Может, это свет изменился? Напряжение от тренерской желчи скакануло так, что неоновые лампы ярче загорелись?
Клаудио ощутил себя законченной взрослой породистой свиньей.
– Прости дурака.
– Я в уборную, – отозвался Майкл.
Клаудио благодарно кивнул. Пронесло! Можно начать серьезную работу.
В принципе, есть что показать Флоре и Синчауку: они же профессионалы, не могут не оценить грандиозного рывка, роста мастерства, разницы между тем, что было до чемпионата, и тем, что стало сейчас.
А полеты… Невероятные квадруплы Чайки, которые потрясли мир, – это совершенно другое явление. Особый случай.
Может, им про доклад Макарова рассказать? Про небесную лонжу?
От этой мысли Клаудио повеселел. Всякое тайное рано или поздно становится явным. Вот и настал час. Если честно, Клаудио уже крепко подустал быть хранителем «государственной тайны». Что, спортивный престиж Канады одного его касается, что ли?
Майкл вернулся на лед. Начали спокойно и без паники «вспоминать ногами» то, что было показано на чемпионате. Ни малейшего упрека Майклу! Молодец, парень!
Вот доведут программы до максимального в предлагаемых обстоятельствах блеска – и обухом по корпоративной голове: вот вам, товарищи из Canadian Skating Union, вся правда! Кстати, что это такое… «обух»? Надо погуглить. Что-нибудь из лошадиной упряжи, наверное, тяжелое. Плевать.
Сейчас главное – это Флору в союзницы заполучить. Рассказать ей все, пусть артподготовку проведет: приготовит Турасаву и Синчаука к мысли, что Майкл хорош, но по-другому, не так, как на чемпионате.
А потом Клаудио им полную картину обрисует в деталях и подробностях. Про доклад Макарова, про «небесную лонжу». Мистикой он их, конечно, шокирует. Но другого выхода нет и быть не может.
Хватит в кошки-мышки играть.
Мышка была крошечной. Будто специально сконструирована для тоненьких и беленьких девичьих пальчиков с прозрачными ноготками цвета лунных камней. Кукольная мышка, как бывает кукольная одежда или кукольная посуда, предназначена для кукол. Не для людей.
Карлос, когда ребенком был, тысячу раз эту ерунду в магазине игрушек «Toys “R” Us» видел. И всегда мимо проходил. В ту пору он был большим фанатом пожарных машин. Девчачий отдел презрительно обходил. А тут пришел специально в девчачий. Хотел крошке Брижж что-нибудь в игрушечном магазине купить. Она ведь и сейчас как маленькая, наверняка обрадуется. Но потом передумал: лучше компьютерной мышки для той герлфренд, которую у тебя подло увели, подарка быть не может.
Это же фаллический символ! Всякий раз, беря мышку в руки, она вспомнит, кто ей ее подарил. И мышка станет теплой от девичьей прекрасной ладони… Карлос теперь только об этом и думал, как ее ладонь медленно ложится сверху… Нет, лучше другая ситуация. Вот крошечка Брижж задумалась и небрежно касается края мышки овальным ноготком, а потом кладет сверху всю ладонь. И пальчиком на клавишу нажимает. Жмет легонечко, но часто. Уф! Хороший подарок.
Если честно, Брижжит давно мечтала о мышке без провода, но всякий раз покупку откладывала: денег жалко. Лучше лишние туфли купить или что-нибудь из косметики. Не до мышек. А Карлос взял и подарил. Очень, очень мило! И звонит сто раз в день… И тоже фигурист, между прочим, но, в отличие от Майкла, не сидит двадцать четыре часа в сутки на катке вместе с кривоногим тренером… Правда, Карлос и не чемпион мира, и не «летучий канадец», как Майкл.
