Вопреки всем ожиданиям, коридор оказался не особо длинным, зато изобиловал резкими поворотами, ответвлениями и запертыми дверьми. Пройдя по нему, пятёрка людей вышла к винтовой лестнице, уводившей куда-то вниз. Она тоже была перегорожена решётчатой дверью, а рядом на стене висела на крючьях пара масляных светильников. Один из них тюремщик снял, зажёг, потом отворил решётку ключом, и все стали спускаться по ступеням во тьму.
Впрочем, идти далеко не пришлось — уже на первом витке лестницы в стене обнаружился проход, куда воин и нырнул. Братья с телохранителями последовали за ним и очутились в длинном тёмном туннеле, в стенах которого виднелось с десяток очередных обитых железом дверей.
— Мы на месте! — объявил стражник и подошёл к третьей двери справа. Открыв в ней маленькое оконце, он посветил туда лампой и позвал: — Эй, Гурин! К тебе пришли.
В камере послышался какой-то сдавленный возглас, а затем в окошко выглянула знакомая бородатая физиономия. Причём физиономия весьма помятая и с лиловым фингалом под заплывшим левым глазом.
— О, ребята! — радостно вскричал Гурин, разглядев посетителей.
Однако те не разделили его восторга.
— И как это понимать? — строго спросил у проводника Хилун.
Тот смущённо потупил взор, но потом его здоровый глаз лукаво блеснул в свете лампы.
— Гульнуть хотел напоследок, — улыбнулся он. — Ведь, считай, до самого дома придётся ехать трезвым…
— Это до того самого, что в Красных Горах находится?.. — уронил Валендир.
— Почему это в Красных Горах? — недоумённо нахмурился Гурин. — Там дома у меня нет. Я же говорил, что родился в деревне к северу от Мелкого Озера…
— И как называется твоя деревня? — продолжал допрос Валендир.
— Да какая разница! — воскликнул бородач. — Что-то вы, парни, куда-то не туда клоните… А-а-а, — протянул он, — я, кажется, понял — вам уже сообщили…
— Что ты гном? — прямо спросил Валендир. — Конечно, сообщили. Ведь ты сам не удосужился этого сделать.
— Хм, а это настолько важно? — поднял правую бровь Гурин. — Я думал, вы и так обо всём догадались ещё в первую нашу встречу.
— Одними догадками задачу не решить, — философски изрёк Сарт.
— Фи, тоже мне, нашли, над чем ломать голову! — фыркнул Гурин.
— Но если ты гном, то почему живёшь не в горах со своими сородичами, а в деревне среди людей? — снова поинтересовался Валендир.
— Ой, ребята, что-то вы меня совсем разочаровываете! — обиделся Гурин. — Да будет вам известно, что не все из наших живут в горах или холмах. В особенности такие, как я…
— И что в тебе особенного? — хмыкнул Сарт.
— А то не видишь?
— А что я должен видеть? — Сарт критически осмотрел побитое лицо Гурина. — К твоему сведению, я гномов раньше только на картинках видел. Точнее, только на одной, да и та была вывеской одного кабака в Кихуриан Кине, «Весёлый Гном» назывался. Но ты на него нисколько не похож!
Его спутники не смогли сдержать улыбок, однако Гурину слова Сарта настроения не подняли.
— Экие вы всё-таки недалёкие, — покачал он головой. — Да ведь я не совсем гном. Точнее, я полугном-получеловек. Папаша мой непутёвый был гномом из Железнохватов. Правда, после рождения я его так ни разу и не видел, жил с матерью…
— Полукровка, значит, — неосторожно ляпнул Валендир и тут же пожалел об этом — от его слов Гурин дёрнулся, точно бы его ударили, и обжёг юношу злобным взглядом.
— Да если и так, то что? — с вызовом бросил он.
— Да ничего плохого, — поспешно забормотал Валендир. — Прости, не хотел тебя обидеть…
— Не хотел он… — надулся Гурин. — Чем пытать дурацкими вопросами, лучше бы выпить дали, а то нутро огнём горит и голова сейчас треснет от боли!
— Квасить меньше надо, умник! — вставил Сарт.
— Если б он только квасил, — влез тут в их разговор стражник. — При нём обнаружили мешок с тарнусом… — и, заметив заинтересованные взгляды, торопливо добавил: — Только он изъят в качестве первого штрафного взноса и возврату не подлежит!
— Ага, знаем мы ваши штрафы, грабители! — уныло пробурчал Гурин. — До нитки обчистить готовы!
— Да ты и так был без единой лиры за душой! — оскорбился тюремщик. — Меру знать нужно развлечениям, тогда и не сидел бы здесь с фингалом!
— Кстати, кто это тебя так разукрасил? — спросил у проводника Хилун, почти всё это время молчавший.
— Кто-кто… По их словам, они и разукрасили… — кивнул в сторону солдата гном. — Только не помню я этого! Вообще ничего не помню… — он с силой сжал лицо руками.
Его спутники вопросительно посмотрели на тюремщика.
— Заслужил он это, — коротко пояснил тот. — Впредь будет уважать закон и тех, кто ему служит.
Хилун поморщился от этих пафосных слов.
— А что именно сделал Гурин противозаконного?
— Угнал лодку у одного почтенного рыбака, а затем и утопил её со всем уловом. При этом он умудрился порвать сети ещё нескольким добытчикам, чем нанёс им всем немалый урон. А при попытке его утихомирить, затеял драку с патрулём. Пришлось применить силу для его задержания…
Хилун кинул жёсткий взгляд на смущённо потупившего взгляд Гурина и глубоко вздохнул.
