И действительно, уже через весьма короткое время тоннель как-то незаметно стал пыхать на них гораздо б
Однако не это главным образом привлекло внимание путешественников, а диковинное зеленоватое свечение, наполнявшее пещеру. Оно исходило из дальнего её конца, хотя волнующиеся белесые облака не давали разглядеть с такого расстояния его источник. Зато благодаря этому освещению Гимли и Леголас увидели, что грот абсолютно пуст, никакие мертвецы по нему не бродили. И это косвенно подтверждала царившая здесь тишина, нарушаемая лишь звоном капели да тихим журчанием многочисленных ручейков, втекавших сюда из тоннеля.
Многозначительно кивнув другу, Леголас взял двумя руками топор и молча скользнул в сторону источника света. Гимли же чуть замешкался, отвязывая закреплённый на спине щит. Впрочем, через минуту он торопливо двинулся в том же направлении, нервно сжимая в руке мерцающий фонарь.
К его удивлению, эльфа он догнал почти сразу. Тот стоял у стены напротив входа и ошеломлённо взирал на вырубленный в скале… гигантский череп какого-то жутковатого существа. Хотя почему «какого-то»? Судя по многочисленным рогам и длинной распахнутой пасти с огромными клыками, неизвестный скульптор высек из камня череп дракона. Он-то и являлся источником зелёного света. Точнее — его пустые глазницы. Расположенный между двумя непонятными массивными буграми в полу, череп достигал в высоту футов восьми и выглядел крайне зловеще.
Открыв от изумления рот, Гимли не сразу обратил внимание, что из пасти дракона вытекает небольшой родничок, исчезавший затем под скальной стеной в отдалении. Одновременно гном разглядел, что и наполнявший пещеру пар также исходил от черепа, струясь из его ноздрей.
— Ничего себе! Это что ещё за невидаль? — наконец проронил он.
— А ты ещё не понял? — повернулся к нему Леголас со странным выражением лица. — Отсюда берёт своё начало Зачарованная Река. И именно здесь, в этом черепе, кроется тайна всех её дурных свойств. От него так и разит поганым колдовством!
— Стало быть, это и есть «ядовитое дыхание глубин»! — догадался Гимли. — Удивительно, что я не чувствую сонливости, как на берегу Зачарованной Реки…
— Видать, твои латы и вправду неплохо защищают от колдовского тумана. А следовательно, ты не ошибся, предположив, что Велин был без них в момент гибели. Похоже, он умудрился надышаться отравленных испарений, уснул и не смог проснуться. А ведь здесь концентрация пара очень высока — даже у меня голова начала кружиться…
— Наверное, Велин сошёл с ума или был пьян, коли сунулся сюда без своих волшебных доспехов.
— Вряд ли мы теперь это узнаем, — сказал Леголас.
— Но кто мог создать эту чудовищную скульптуру? — недоумевал Гимли. — Неужели гномы?
— Сомневаюсь. Чары на ней очень древние, гномы никогда не знали их. Насколько я помню, Зачарованная Река была такой с самого начала появления эльфов в этих краях. А в те времена нашим главным врагом являлся Моргот. Не исключено, что именно он соорудил здесь этот череп или же кто-то из его многочисленных приспешников.
— Но с какой целью?
Леголас пожал плечами.
— Да кто его знает? Может, проводили какие-то магические изыскания.
— М-да, теперь это будет сложновато выяснить.
— А мы и не будем выяснять, ибо нашему делу это не поможет, — заявил Леголас и вдруг как-то по-особому сверкнул глазами. — Но что мы можем сейчас сделать полезного, так это разрушить Череп Забвения! Поберегись!..
И прежде чем Гимли успел как-то среагировать, он вскинул топор и что есть силы ударил по нижней челюсти колдовской головы. Раздался звон металла, и во все стороны брызнули осколки камня. Не останавливаясь, Леголас нанёс ещё один удар, потом замахнулся для третьего и… неожиданно опустил секиру.
— А вот это уже интересно! — повернулся он к Гимли. — Череп-то настоящий!..
Действительно, к изумлению приятелей, под отлетевшим натёчным известняком отчётливо проявилась тёмная кость.
— Значит, всё-таки Моргот, — уверенно кивнул эльф. — Такое дело во все времена было по плечу только ему.
— Моргот или не Моргот, а топором этот череп ты будешь ломать аж до следующей зимы, — сказал Гимли и, оттеснив друга в сторону, сунул ему в руки свой светильник. — А ну, родной, посторонись!
Отложив в сторону мешающий щит, Гимли ухватил двумя руками молот Велина и от души зарядил им прямо в лоб исполинской головы. Точнее, он туда метил, но из-за низкого роста не смог дотянуться и попал в левый висок. Впрочем, даже в этом случае он не надеялся на быстрый успех — слишком уж крепкими были кости у драконов. Однако результат превзошёл все ожидания: вышибив целый сноп искр, молот с лёгкостью пробил череп.
