Ее слова метались в голове Софи, отдаваясь звоном в ушах.
Люр, Митя и Сиор заразились чумой.
Они могли умереть.
Нет, не «могли».
Они умрут, если лекарство не найдут.
– Сколько времени проходит перед тем, как чума… – Она не смогла договорить.
– Мы до сих пор не знаем, но это отчасти хорошо. Все жители Диколесья до сих пор живы и борются.
Ее ответ слегка помог – но не изменил факта, что время стремительно утекало. Возможно, у зараженных были месяцы. Возможно, недели. Или дни. Как бы то ни было, они заслуживали большего.
– Но ты же в порядке? – с тревогой спросила она Каллу. – Тебя чума не задела?
– Я была очень осторожна, – заверила Калла, утирая слезы длинной косой. – Я бы ни за что не вернулась, если бы не была уверена. Я не могу рисковать жизнью Эмиси.
– И что теперь? – спросил Киф.
Калла тяжело выдохнула.
– Не знаю. Я… я не была к такому готова. – В глазах вновь появились слезы.
– Коллектив уже знает? – спросила Софи.
– Я не смогла их найти.
– Они заботятся о Прентисе, – объяснила Софи.
– Значит, его не исцелили? – уточнила Калла.
– Я пыталась…
– Все в порядке, – перебила она. – Ты сделаешь все, что в твоих силах, я в этом не сомневаюсь. Они, случаем, не в Каменном доме?
– Ты про коттедж в долине?
Калла кивнула и отвернулась, проговорив:
– Сначала поговорю с ними, потом с Эмиси. Может, они подскажут, как ее успокоить. Они с Сиором встречаются.
– Я пойду с тобой, – и Софи последовала за Каллой в коридор.
– Я с вами! – кинулся за ними Киф.
– Не знаю, куда вы направились, – начал Декс, когда они вышли в гостиную, где он сидел на полу в окружении всевозможных деталей, – но без меня вы не пойдете.
– Значит, ты тоже с нами? – спросила Калла, глянув в пустой угол.
– Ну вот, а я думала, что в этот раз смогла спрятаться! – удрученно проговорила Биана, появляясь. – Но да, я с вами. Куда мы?
Софи объяснила им ситуацию.
Декс побледнел так, будто все его устройства растоптали в пыль.
– Им нужно помочь, – прошептал он. – Они спасли нас, Софи. Люр и Митя.
– Знаю. – Софи это помнила очень хорошо.
Биана поспешила обнять Каллу:
– Тебе точно безопасно покидать Аллювитерре? Чума распространяется.
– Я создам тоннель глубже обычного и буду стараться избегать Нейтральных территорий, – заверила Калла, выходя на улицу и направляясь к винтовой лестнице.
Когда они добрались до земли, она запела глубокую песню земли, создавая тоннель, а потом опутала всех корнями. Они двигались быстрее обычного – настолько быстро, что Софи несколько раз казалось, будто все внутренности остались где-то далеко. Но до Каменного дома они добрались всего через несколько минут, и это стоило ей подступившей к горлу тошноты.
Софи думала, что на улице будет день, но когда они выбрались из тоннеля, на землю спустились сумерки, и единственный свет лился от ранних звезд и из окон убежища.
– Нам постучать? – спросила Биана, когда они приблизились к двери.
– Не надо, – ответил Блик, проходя сквозь стену и пугая всех до вскриков. – Лучше скажите, что вы здесь забыли. Как…
Он замолчал, заметив Каллу.
– Проходите.
Они протиснулись в комнату, пытаясь найти место в небольшом помещении. Сердце Софи сжалось, когда она заметила Прентиса, совсем не изменившегося с прошлого посещения.
А еще у него были гости.
Делла стояла рядом с тремя эльфами, которых Софи узнала с первого взгляда, хотя разум продолжал твердить, что их здесь быть не может.
– Магнат Лето? – Киф был не менее поражен встрече с директором Фоксфайра в убежище «Черного лебедя». Рядом с ним стоял Тирган, наставник Софи и Фитца, а рядом приютился его приемный сын Вайли.
Сын Прентиса.
Софи говорила с ним лишь дважды, и оба раза неудачно. Она никак не могла выбросить из памяти скандал на могиле его матери, когда он сказал, что она «должна была все исправить». Тогда-то она и поняла, что была создана исцелять разумы и с ее способностью что-то не так. Она пошла к «Черному лебедю» и рискнула жизнью ради их перезагрузки. А Прентис все так же лежал, и до исцеления ему было как никогда далеко.
Вайли напоминал отца куда больше, чем Софи казалось. Его кожа была на тон светлее, а черты лица – острее. Но у него были отцовские волосы, губы и глаза.
– Полагаю, вы не ожидали нас встретить, – обратился к ним магнат Лето.
– Это странно, – признала Биана. – Вы тоже состоите в «Черном лебеде»?
– Боюсь, это невозможно. – Магнат Лето пригладил черные волосы, хотя на них было столько геля, что их вряд ли можно было растрепать. – Я прикрываю этих двоих.
Софи почти не удивилась тому, что магнат Лето решил помочь – он сам защитил ее, когда понял, что ограничивающий способности обруч не смог полностью перекрыть ее телепатию.
– Совет за нами следит, – сообщил Тирган, дергая себя за рукав простой серой туники. Его оливковая кожа казалась настолько же бледной, как светлые волосы. – Коллектив надеется, что Прентис услышит наши голоса.
– Поэтому они делают вид, что каждый вечер мы встречаемся в моем кабинете, – добавил магнат Лето. – И вместо этого мы приходим сюда.
– Наши медальоны должны быть рядом, иначе Совет не поверит, что мы были вместе, – пояснил Тирган.
