«Вообще-то, практически всего, что случилось сегодня, достаточно, чтобы я лишилась рассудка. Я больше не знаю, что думать. Должна ли я верить ему, когда он говорит, что сожалеет? Должна ли я верить его объяснениям тому, что произошло в прошлом году… что он не хотел никому навредить? Не знаю… Я хочу верить ему, но лишь продолжаю видеть то выражение его лица, какое видела две недели назад. Он выглядел таким разгневанным… таким непохожим на себя, что я едва узнавала его. Я никогда прежде не сталкивалась с этой его стороной… и она пугает меня. Она заставляет меня спрашивать себя, чего же еще я не знаю. Возможно, я узнала человека… но проглядела скрывающееся за ним чудовище?»
На миг закрыв глаза, Брилл прерывисто вздохнула и сильнее прижала руку к груди, пытаясь выдавить старую боль, которая исходила из глубокой трещины в ее душе, пытаясь наполнить отчаянье гневом, но потерпела неудачу, потому что вдруг осознала, что в какой-то момент в последние полчаса пустота внутри нее съежилась и исчезла. Резко распахнув глаза, она потрясенно смотрела в темноту. За смущением и яростью скрывалась иная эмоция, которую она не ощущала месяцами — необычное чувство удовлетворения, словно она наконец находится там, где должна быть.
Осуждая собственные своенравные эмоции, Брилл вновь опустила руку. «И все это близко не дотягивает до того факта, что он сбежал подобным образом. Я даже не могу думать об ЭТОМ без того, чтобы снова не впасть в бешенство».
Слабо фыркнув от этой мысли, Брилл быстро выправилась от очередного приступа неуклюжести, втайне надеясь, что шагающий перед ней Эрик ничего не заметил. Не повезло. Он повернулся к ней во мраке — его движение выдавал лишь легкий шелест его одежды. Эрик двигался скрытно, как кот.
— Ты спотыкаешься уже в четвертый раз, — сказал он секунду спустя, низкие перекаты его пришедшего из тьмы голоса словно бы ласкали чувства Брилл.
— Ну, огромное тебе спасибо, что ведешь счет! — огрызнулась она в ответ, гораздо резче, чем намеревалась. «Да бога ради, Брилл! Не превращайся в мегеру только потому, что у тебя слишком много всего на уме. Все, что я точно знаю, это то, что сегодня он спас мне жизнь… и это должно хоть чего-то стоить». Сжав переносицу, она попыталась умерить свой пыл. — Извини… Но я просто не могу понять, как ты можешь идти, ничего не видя. Ты просто шагаешь, как будто прогуливаешься по улице, а я практически все время падаю!
— У меня были годы на то, чтобы освоить все углы и закоулки этого места. Я вижу все это мысленно, даже если не могу увидеть глазами, — небрежно ответил Эрик, и его простое объяснение сгладило тот факт, что он только что признался, что держит в голове план всего театра. — Обычно у меня не возникает проблем с там, чтобы вести кого-то. Если бы у меня было больше времени, я бы догадался захватить лампу, — немного виновато закончил он.
— Нет… нет… со мной все нормально. Тут и в самом деле не было особо много времени, чтобы подумать. Ты вроде как вмешался в последнюю секунду, когда появился, чтобы помочь мне, — сделав паузу, Брилл положила руку на стену, пытаясь сориентироваться в кромешной тьме. — Кстати, кажется, я не поблагодарила тебя за это. Так что… спасибо.
— Ты была зла. Я не рассчитывал на спасибо.
— Да, но я все равно благодарна тебе. Мой гнев — не оправдание, чтобы относиться к кому-либо неуважительно или хамски, — убежденно сказала Брилл.
Эрик некоторое время молчал.
— Некоторые люди с тобой бы не согласились. Думаю, большинству куда проще дурно обходиться со своими приятелями, — задумчиво отозвался он с каким-то мрачным оттенком.
Фыркнув, Брилл заправила за ухо выбившуюся прядь.
— Ну, я никогда не брала пример с чужой глупости.
В ответ он издал тихий звук, напоминающий смешок.
— Нет, никогда. — После этого они погрузились в неловкое молчание, и неуютное напряжение Брилл лишь возросло от того, что она не может видеть лицо Эрика, прочитать его выражение. Плотнее запахнув на плечах заимствованный плащ, она уткнулась носом в воротник. «Боже, эта штука пахнет им…»
Эрик шевельнулся в темноте, нарушая удушливую тишину.
— Было бы гораздо легче, если бы ты позволила мне вести тебя за руку, — медленно сказал он.
— Я знаю, — вздохнула Брилл, раздраженная логичностью этого предложения. — Ну хорошо же, давай скорости ради.
— Да, целесообразности ради, — с легкостью согласился Эрик с намеком на улыбку.
Вдохнув, Брилл слепо вытянула перед собой руку, борясь с возбужденным покалыванием, которое уже ползло вверх по предплечью. «Проклятье… что это с тобой? Перестань быть такой безмозглой… он еще даже до тебя не дотронулся. Кроме того, у меня нет причины возбуждаться… в конце концов… я зла на него…» Сообразив, что невольно задержала дыхание, она выдохнула, внезапно очень благодарная темноте тоннеля, — по крайней мере, она была уверена, что никто не видит несомненно глупое выражение ее лица. Было нечто успокаивающее в том факте, что Эрик и понятия не имеет, насколько она буйнопомешанная. «Господи, всего лишь пара ласковых слов от него, и часть меня готова лезть из кожи вон. Соберись!»
