Захваченная вопросом врасплох, Брилл отдернула пальцы.
— Хмм?
Указав на собственную корону темных кудрей, Карлотта повторила:
— Почему… ты… покрывать… волосы… такой… образ?
— Ни почему. Просто чтобы не мешались, — увильнула от прямого ответа Брилл, впервые заскучав по кусачему парику, который носила раньше.
— Из-за этого ты выглядеть как служанка.
Сладко улыбнувшись, Брилл выпрямилась.
— Что ж, в этом есть смысл, учитывая, что я работаю на вас.
Сверкнув насмешливой улыбкой, дива подперла подбородок ладонью.
— Это правда. Ты забавная… э… человек. Я рада, что ты вернуться. — Брилл удивилась этому неожиданно честному заявлению, и ее улыбка слегка поблекла, но не успела она ответить, как Карлотта быстро продолжила: — Когда ты пропасть, некому было носить мой вещи.
Со смехом покачав головой, Брилл закатила глаза.
— Да, как это, наверное, было для вас ужасно. Некому было носить ваши вещи или предсказывать будущее. Кстати говоря, с тех пор как я вернулась, вы еще не просили меня раскинуть карты.
Пожав плечами, Карлотта поднялась на ноги и подхватила со стола маленький ридикюль.
— Ах, может, последнее время я не настолько об этом волноваться. Я осознать это, когда услышать, что тут шастать Кристина.
— О?
— Да, я осознать, что она никто, а я по-прежнему здесь, и люди по-прежнему приходить, чтобы увидеть меня, — беззаботно резюмировала Карлотта.
— Что ж, это весьма мудро с вашей стороны, — пробормотала Брилл из-под руки, пытаясь приглушить прорывающийся смешок.
Глубокомысленно кивнув, Карлотта направилась к двери.
— Теперь ты пойти со мной. Мы должны забрать мое платье для маскарад. Мне пришлось отослать его, потому что местный портные могли его испортить.
Вздохнув, Брилл устало ссутулилась.
— Почему я должна идти с вами? Я только что таскала ваши священные туфли по всему оперному театру!
Остановившись на пороге, Карлотта удивленно задрала брови.
— Ты должна идти со мной, потому что я намереваться купить тебе новый парик, и ты должна быть там, чтобы он сел как следовать.
Брилл потрясенно приоткрыла рот.
— …Зачем бы мне мог понадобиться парик?
На лице дивы медленно расплылась понимающая улыбка, осветив ее темные глаза редким для нее весельем.
— Что? Ты думать, я не знать, что ты всегда покрывать свои волосы? Я всю жизнь провести в театре. Я узнавать парик, когда видеть его. И еще я знать, что теперь ты пользоваться этой уродливой лохмотья, — сказала она, указав на темную ткань, повязывавшую волосы Брилл.
Захваченная врасплох явной филантропией Карлотты, та несколько секунд, моргая, таращилась на величественную женщину. К щекам Брилл медленно приливала краска, заставив ее лицо ярко заполыхать от смущения.
— О нет… вам необязательно это делать. Это не особенно важно… Я…
Нахмурившись, Карлотта звучно стукнула каблуком по полу.
— Ты лгать. Если бы это быть не важно, ты бы не прикрывать свои волосы. А теперь ты пойти со мной, потому что я так сказать! — Крутанувшись вокруг своей оси, дива открыла дверь и демонстративно вымелась в коридор, не потрудившись обернуться, чтобы проверить, следует ли за ней Брилл.
Торопливо встав, та поспешила за своей работодательницей. Поравнявшись с Карлоттой, Брилл слабо улыбнулась.
— Что ж, полагаю, мне стоит поблагодарить вас. С вашей стороны было очень мило предложить…
Махнув рукой едва ли не в лицо Брилл, Карлотта оборвала ее.
— Чшшш, прекрати. Меня просто раздражать, когда меня сопровождать такой рваный вещь. Ничего более…
— Угу… — пробурчала Брилл с понимающей усмешкой, ничуть не поверив в надменное безразличие, с которым певица продолжала к ней обращаться. Шагая рядом с Карлоттой, которая влетела в группу рабочих, она впервые за день ни о чем не беспокоилась, и потому в ее голове завертелись отвлеченные мысли. «Интересно, чем он сегодня занимался?» — со вздохом подумала Брилл. Несмотря на то, что она изо всех сил старалась это предотвратить, последние действия Эрика поразили ее в самое сердце, взбудоражив чувства так, словно тот накачал ее ядом. В некотором смысле Брилл скорее предпочла бы открытое столкновение: она могла совладать с его гневом, но что делать с тихим раздражением и невысказанными тревогами она не знала. Боль, которая становилась все более и более знакомой, проникала в ее сердце; Брилл хотела помочь Эрику, но понятия не имела, как это сделать.
«Надо вытащить его достаточно надолго, чтобы поговорить. Богом клянусь, в эти чертовы тоннели я в одиночку больше не сунусь. — Терзая зубами нижнюю губу, Брилл едва замечала происходящее вокруг, следуя за импозантной фигурой Карлотты. Она не осознавала этого, но ее страхи сами собой начали проникать сквозь выставленные внутри разума границы. — Возможно, он понял, что это не то, чего он ожидал. Я не должна была давить… надо было радоваться дружбе. Но я не была бы счастлива этим подобием жизни. А теперь… возможно, теперь он дал задний ход. Прошло уже два дня, а я его почти не видела, не то что говорила… он не касался меня два дня…»
