— Ты чуть не устроила мне сердечный приступ. Нельзя вот так вот напрыгивать на людей.
Не впечатлившись его строгим голосом, Ария сморщила нос.
— Это п-почему же?
— Потому что я мог сильно ударить тебя, — прошипел Эрик, в его интонации звучали отголоски недавнего мрачного настроя.
Слегка склонив голову набок, Ария мгновение изучала его, невероятно похожая на мать с этими своими широко раскрытыми смеющимися глазами.
— Н-нет, ты бы не ударил. Но все же п-прости, если я ссильно тебя напугала, — сказала она так, что сразу стало ясно: она ни капли не жалеет об этом.
Сделав успокаивающий вдох, Эрик сурово поглядел на Арию, надеясь, что она прекратит так ухмыляться. Трудно было устраивать ей разнос, когда она просто-напросто продолжала смотреть на него этим ясным взором.
— Почему ты бегаешь тут сама по себе? Не стоит быть такой глупой. Ты могла пораниться…
Улыбка Арии малость поблекла, и она принялась теребить кружево на подоле платьица.
— Я н-не сама по себе. Я просто ненадолго обогнала мадам Жири.
Закатив глаза на очевидные прорехи в этом заявлении, Эрик шагнул вперед и быстро огляделся.
— Конечно же ты была сама по себе.
— Нет, не б-была, — последовал негодующий ответ.
Никого поблизости не заметив, Эрик положил руку Арии на плечо и быстро повел ее обратно в более людные области Оперы.
— Я не вижу смысла и дальше спорить с тобой по этому поводу. Твоя мать будет в ярости.
— Но я н-не была сама по себе! Я искала т-тебя! — настаивала Ария, изогнув шею так, чтобы заглянуть Эрику в лицо.
Тот лишь ошарашенно покачал головой, гадая, от природы ли все члены семьи Брилл такие же своевольные, как она, или это результат воспитания.
— Ну хорошо. Я тебя понял, — в итоге уступил он.
— Я д-давно тебя не в-видела. Где т-ты был? — без предисловий требовательно спросила Ария, и ее маленькое личико скривилось, пока Эрик продолжал подталкивать ее сзади.
Чувствуя себя до странного глупо под ее взглядом, тот скорчил гримасу.
— Я размышлял.
— Но я с-скучала по тебе. Ты н-не должен был избегать нас.
— Возможно, тебе не стоит так зависеть от моего присутствия, — не подумав сказал Эрик.
Ария резко остановилась, едва не заставив его перелететь через нее. Развернувшись в его хватке, она стукнула его по ноге.
— Н-не смей говорить такие плохие вещи. Мне н-не нравится, когда ты пропадаешь. И ты всегда д-делаешь это нарочно.
На ее лице явственно читалась обида, она упрямо выпятила нижнюю губу. Отведя взгляд, Эрик почувствовал себя настоящим предателем. В те два дня, что он предавался хандре, у него и мысли не мелькнуло о последствиях его отсутствия. «Именно в этом причина того, что я не подхожу для всего этого. Я причинил ей боль и даже не осознал этого».
— Ария, я не могу постоянно быть с тобой и твоей матерью…
— П-почему нет? Ты нас больше н-не л-любишь? Я д-думала, ты б-был с-счастлив с н-нами. Ты не с-собираешься снова с-сбежать, п-правда? — тихо спросила Ария, от возбуждения ее заикание ухудшилось.
Опустившись на колени, чтобы оказаться на одном уровне с ней, Эрик обнял ее за плечи, добившись, чтобы она подняла на него глаза.
— Ты не понимаешь. Я не подхожу вам. Вот что я осознал. Вот почему я пропал. Я не тот человек, который вам нужен. Я не умею обращаться с детьми… или вообще с людьми. Вы не можете на меня положиться.
Ария молча восприняла эти новости, неодобрительно сжав губы — в той же манере, какую Эрик сотню раз наблюдал у Брилл.
— Л-люди в-выбирают не т-так, — сказала она секунду спустя. — Я м-могла бы сразу тебе это сказать, чтобы ты не т-тратил время на раздумья. Н-никто не выбирает себе с-семью. Ты п-просто семья. Х-хороший или п-плохой. Н-но я думаю, что ты очень х-хороший. — Ткнув Эрика в грудь, чтобы лучше донести свою точку зрения, Ария вздохнула, явно уверенная, что сообщила то, что он и так знает.
В этот момент мысли Эрика полностью замерли. Слова Арии ударили по тьме в его разуме и пробились сквозь тревоги, заставив в замешательстве поникнуть. Открыв рот, чтобы ответить, он понял, что не способен подобрать подходящий ответ. В словах Арии был смысл, против которого он не мог возразить, и ее простая логика посрамила его постоянные домысливания. Может, она этого и не осознавала, но она по существу включила Эрика в члены своей семьи — факт, который он не мог не заметить. Опустив голову и уставившись в пол, Эрик задумчиво насупился.
«Ты не выбираешь… К черту все это… Кажется, теперь это вышло из-под контроля. Все, что произошло, от меня не зависело. Брилл, нашедшая меня в подвалах театра вместо толпы… Ее забота обо мне, невзирая на то, как я с ней обращался. Если бы на ее месте был кто-то другой, я бы умер. Если бы на ее месте был кто-то другой, я бы не начал заботиться о них. Даже если бы я все это спланировал, все равно бы не вышло настолько идеально… даже если бы я управлял невидимой рукой. Ради всего святого, именно она отнеслась ко мне с добротой, когда я был ребенком и работал на цыган. Мы не выбираем…»
