– Отпусти меня, – тихо сказала Ача. Её глаза по-прежнему злобно блестели, но голос дрожал.
– Ну и что ты хочешь нам предложить? – спросила Кичани. Её тон звучал резко, но Ванини поняла, что гиена спрашивает её искренне.
– Мы все хищники и преследуем одну добычу. Когда наши дети вырастут, станут друг другу врагами. Мы никогда не сможем помириться. Но ведь то, что мы существуем в одной саванне, совсем неплохо, а даже полезно. Если бы рядом с Чёрными землями не жили гиены, мы, возможно, давно бы напали на гиеновидных собак. Но мы не делали этого, потому что помнили: если отправимся на сражение и оставим львят одних, гиены смогут воспользоваться ситуацией и напасть на них в любую минуту. Посмотрите на нас – на той шеффлере прячутся наши львята, и нам за них страшно. А с тех пор как появились гиеновидные собаки, гиены не решаются напасть на наших малышей, потому что боятся оставить своё потомство без присмотра. Мы тоже не станем нападать на детёнышей гиеновидных собак, потому что в наше отсутствие гиены могут причинить вред львятам. И пусть мы сами того не осознаём…
Ванини сделала паузу и продолжила, оглядывая всех:
– На самом деле мы помогаем друг другу. Так мы все уживаемся в одной саванне.
– Подожди! – воскликнула Кичани и сделала шаг к Ванини.
Парабар тут же оскалился, но Ванини остановила его. Кичани стояла не двигаясь. Она не хотела напасть на львицу, она хотела высказаться.
– Ванини, они гиеновидные собаки. Тебе напомнить, что это за животные? Они распространяют смертельную заразу! Мы тоже потеряли сородичей из-за них, пусть и не так много, как вы, львы.
– Неужели вы думаете, что это наша вина? – вмешался Мун и заскрежетал зубами.
Гиеновидные собаки задрожали от гнева. Прайд Ванини уже знал об этом, но Кичани сильно удивилась:
– Это не ваша вина? Хочешь сказать, что вы не распространяете смертельную заразу?
Ача покачала головой.
Мун продолжил:
– Жизнь и смерть – это воля саванны. Откуда нам знать, где и как берётся болезнь? Может быть, она и вправду началась внутри нас. Но мы тоже страдали. Наша вина лишь в том, что мы заболели первыми! Так почему же все в саванне обвиняют именно нас? Более того, смертельная болезнь существует очень давно! Вы говорите, что от неё пострадали львы и гиены? А мы, гиеновидные собаки, чуть вовсе не вымерли! Наша стая – единственная, которая выжила после этого кошмара! Мы остались одни во всей саванне!
– Пи-пи-ик-пи-пи-ик!
Вся стая гиеновидных собак зарыдала от горя.
Гиеновидные собаки и вправду оказались кочевниками. Они задержались на Чёрных землях из-за потомства, им было нужно время, чтобы детёныши встали на ноги и смогли отправиться в путь. Поэтому, чтобы не выкапывать новую нору, они позаимствовали её на время у бородавочников. Пусть бородавочники и считали иначе.
Ванини догадывалась об этом, но ничего не сказала. Она не хотела говорить гиенам, что гиеновидные собаки скоро покинут их земли. Но это не означало, что она хотела их обмануть.
Даже когда стая гиеновидных собак покинет Чёрные земли, обязательно возникнут другие трудности. Так устроена саванна. Как засуху сменяет сезон дождей, так и трудные дни сменяют счастливые. Когда всё прибывает в гармонии, львы радостно бегают по лугу и громко рычат. Так живёт лев, царь зверей, король саванны.
Ванини оглянулась на Фаису:
– Спускай львят.
Львица-мать побежала к шеффлере, но тут же остановилась, словно чем-то встревоженная. Львята дрожали от страха, боясь высоты. Она протянула лапы к ветке, где сидели львята, и они резво спустились по её спине прямо в траву.
Пришло время положить конец войне.
Ванини посмотрела по очереди на Кичани, Ачу и Муна и сказала:
– А теперь мы вернёмся на свой валун. Пусть мы и не стали друзьями, но когда-нибудь снова встретимся на просторах саванны.
Конечно, Ванини боялась развернуться к врагам спиной. Шерсть встала дыбом, а хвост напрягся. Бояться, но идти вперёд. Это требовало огромного мужества. Лев – это животное, которое обладает такой смелостью. Ванини верила, что это и есть истинное величие королевы саванны.
Найла убрала лапу, которой придавила Ачу.
Ача подпрыгнула и грозно вскрикнула:
– Р-р-р…
Найла тихо пригрозила Аче, но та не собиралась нападать на неё. Львица отступила на несколько шагов назад и повернулась к Ванини. Теперь Найла тоже шла спиной к диким собакам и гиенам. Фаиса и львята последовали за ней.
Чамбо и Парабар шли последними. Прайд Ванини вернулся на Чёрные земли с высоко поднятыми головами. Они были единственными животными во всей саванне, кто без страха повернулся спиной к гиенам и гиеновидным собакам.
Проводив взглядом львов, Кичани, Мун и Ача повернулись спинами друг к другу. И собаки, и гиены последовали за своими предводителями.
Вдруг пошёл дождь. Возможно, это был последний дождь перед затяжной засухой. Но в его потоках слышалось обещание вернуться.
Подул ветер. Его порыв взбудоражил высокие заросли травы. Сухие стебли гулко зашелестели, волнами отбрасывая лёгкие тени.
