Картина в комнате словно из фильма ужасов. На полу валялись оторванные головы кукол и тела. И это не были куклы Барби. У Барби головы без проблем прикрепляются на место. Это были тряпичные куклы. Мы покупали их, когда она была еще малышкой. Между головами и телами, что устилали деревянный пол, растянулась вата, словно декоративная паутина для Хэллоуина.
– Хадсон! – воскликнула я в ужасе и принялась отчитывать пятилетнего сына. Нет, это какой-то кошмар! Подняла с пола его детские ножницы. Их называют безопасными? О какой безопасности может идти речь, если он ими устроил такое?
– Зачем ты это сделал?
Скрестив руки на груди, он бросил на старшую сестру злобный взгляд:
– Я не хотел играть в дочки-матери. Она заставила. Это она виновата.
Кладу телефон в карман, слышу, как открылась входная дверь. Залаял Боуи. Выйдя в коридор, вижу, что в дом зашел Хадсон, в руке у него пакет продуктов. Подпрыгивая и лая, за ним бежит Боу. Хадсон прикрывается пакетом.
– Боуи, фу! – кричу я. Пересекаемся взглядом с Хадсоном. – Ходил в магазин?
В детстве его попробуй уговори сходить вместе за продуктами. Он тащился следом и все время ныл. Брала его с собой, только если Даррена не было дома. Не хотела оставлять сына одного. А так, конечно, походы в магазин его страданий не стоили.
Дернув плечами, он пошел на кухню и поставил пакет на столешницу.
– Твой список видел.
– Спасибо.
Заглянув в продуктовую сумку, нахожу нарезку из индюшиной колбасы. Стыдно, что утром на него разозлилась. Не стоило из-за Кендры плохо думать о сыне. Их детские ссоры – всего лишь вражда брата и сестры. Мое с ним общение – это совсем другое. И не надо смешивать. Кендра его плохо знает.
Разумеется, я вижу в нем недостатки. Да, он не идеальный. Но такой милый. Был и есть. Он делает ошибки, иной раз может напортачить, но всегда загладит свою вину.
– Что ты тут делаешь? – Было уже поздно, за окном стемнело. В комнате Хадсона тускло, лампа на комоде едва освещает желтым светом. Он сидит в углу, что-то от меня прячет. Десять минут назад сказала ложиться спать. На нем пижама с Бэтменом, подойдя ближе, услышала запах зубной пасты.
– Хадсон. Дай посмотрю, – я чуть к нему наклонилась.
Он повернулся и показал то, что прятал. Это была кукла Кендры. Пытался приклеить голову скотчем. Почти получилось, только вот ненароком он прилепил ее задом наперед. Выглядело жутко: из спины торчало лицо, при каждом движении рук Хадсона голова слегка клонилась набок и покачивалась.
Выдавив из себя улыбку, нежно погладила Хадсона по голове.
– Чинишь куклу Кендры? Какой молодец! Но уже поздно, пора спать. Давай-ка ты закончишь завтра, идет?
Хмурясь, он кивнул.
У меня кольнуло в груди. Он обидел свою сестру, но теперь пытается все исправить. И это очень важно.
