– Двадцать золотых динаров! – присвистнул Хамид и покачал головой. – За просто так такие деньги не дают… Что-то здесь нечисто, уважаемый Йусуф. – последние слова обер-страж произнес настолько зловещим не предвещающим ничего хорошего голосом, отчего щека имама нервно задергалась.
– Я… – он беспомощно посмотрел по сторонам. – я…
– Ты знал, кто он. – спокойно с замораживающей улыбкой на губах сказал Хамид. – Знал, что он инквизитор.
– Я… – имам неожиданно обмяк и зарыдал. Взгляды инквизитора и спецстража встретились. В них Пабло увидел неприкрытое презренье. Не к себе, нет. К рыдающему в пыли предателю.
– Встать! – рявкнул Хамид, пинком поднимая имама с земли. – Куда ты направил инквизитора? Где сейчас манускрипт? Отвечай!
– Последний раз я видел его около года назад…
– Где?
– У шейха Халеда аль-Кабира. – еле слышно прошептал имам.
Правда, специальный страж все услышал. Это можно было судить по мгновенно потемневшему лицу.
– Повтори!
– Шейх Халед аль-Кабир. – совсем упавшим голосом проговорил Йусуф Махди. – У него последний раз я видел манускрипт.
Спецстраж Корпуса Стражей Ислама больше ничего не сказал. Схватив имама за шиворот, он потащил его к клетке с собаками. Тот кричал, упирался, умолял, плакал – бесполезно. Менее десяти секунд, и железная дверь с грохотом захлопнулась за вопящим служителем мечети. Спустя несколько секунд воздух наполнился совсем иными звуками. Хрип, истошный вопль, хруст костей и довольное урчанье псов.
Пабло наблюдал за быстрой расправой с безучастным видом. Чужая страна со своими ценностями и законами, а значит методы, какими они расправляются с преступниками его совершенно не касаются. В голове вертелся лишь один вопрос: «Кто же такой, этот шейх Халед аль-Кабир?»
Где-то на территории Священной Католической Империи.
Точное местонахождение – неизвестно.
Время – неизвестно.
Сознание возвращалось медленно. Очень медленно. Сначала в сплошной вакуум ворвались далекие звуки. Настолько далекие и неразборчивые, будто находишься в аквариуме за толстенным стеклом, а где-то снаружи тихо перешептываются. Ты еле-еле слышишь, но уловить смысл не можешь. Постепенно звук прояснялся, позволяя расслышать отдельные детали. Впрочем, их было совсем немного. Первое, что удалось различить – звук шагов. Мерный, ничуть не удаляющийся, и не приближающийся. Только на одном уровне. Следующее, однотонный шаркающий звук. Точно, по полу тащат мешок с песком. Или с сахаром. Или с мукой. Неважно, в общем. По полу волокут нечто тяжелое. Следом за слухом начали пробуждаться другие органы чувств. Перед глазами заплясали тени, а в голову ворвалась дикая раскалывающая череп боль. Уши уловили тихий болезненный стон. Несколько секунд мозгу понадобилось для определения – он сам является генератором звука. Это он стонет. За болью, хоть она и взяла на себя большую часть сознания, удалось различить иные ощущения. К примеру, теперь он точно мог определить – звук волочения издает он сам. Вернее, его ноги. Судя по всему, его бессознательную тушку взяли под руки и теперь волочат по… А, тут пока проблемы. Зрение восстанавливалось медленней остальных органов. Те же неясные мутные тени, перемежающиеся с расплывчатыми пятнами света. Скорее всего волочат по коридору.
Сколько человек?
А, можно вопрос попроще?
Стараясь не привлекать внимания к своему пробуждению, инквизитор сощурил немного припухшие от отека глаза, пытаясь сфокусировать зрение. С пятой попытки у него получилось. Мутная пелена немного спала, позволяя разглядеть окружающую среду. Так и есть, двое амбалов взяли под руки и теперь волокли по широкому коридору. Еще две широкие спины маячили впереди. Есть ли кто сзади проверить не представлялось возможным. Стены коридора были сложены из массивных каменных блоков, пол полностью бетонный, как и потолок. Только местами на нем виднелись железные решетки вентиляционных шахт, плюс толстые пучки кабелей.
Где он?
Куда его ведут?
Что с ним будет?
Хорошие вопросы, весьма разные по важности. Скажем, первый вопрос: где он? Так ли он важен? Да вряд ли. Какая ему разница, находятся они по-прежнему в Ахене, или в каком-либо другом городе Империи. Даже если за ее пределами. Хотя последнее, маловероятно. Собственно, разница небольшая. Возможно даже нулевая. Все равно действовать придется, полагаясь исключительно на собственные способности.
