Ничуть не влюблены полностью

– Удачи в оставшемся сезоне. Может, я приду еще на один матч. Последний – ну до сегодняшнего дня – был не таким ужасным.

Вот, это прозвучало беспечно.

– Мне правда жаль, Харлоу. Я знаю, что ты не хотела… А с ними… С ними сплошной бардак.

– Я знаю, что бардак, – говорю я. – Теперь тебе не придется беспокоиться, что ты снова их увидишь.

– Да. Точно. – Он пару раз пинает цементную ступеньку. – Ну тогда еще увидимся.

– Увидимся.

Он кивает один раз, а потом поворачивается и уходит.

Я остаюсь на месте, прислонившись к косяку и вдыхая аромат свежего дождя. С неба течет вода, из глаз – слезы.

Я говорила себе, что никогда, никогда не влюблюсь в Конора Харта.

Как бы не так.

Лэндон сидит ссутулившись в той же позе, как и был, когда я выходила из гостиной. Только теперь у него напряженные предплечья и жесткая спина.

– Это был Конор?

– Нет, – легко вру я. Вот только Лэндону мне не хватало сейчас рассказывать, что случилось.

– Что… Правда? – Лэндон ошеломлен.

– Да. Какая-то девушка спрашивала, как пройти на вечеринку.

Очевидно, я вру не лучше Евы.

Лэндон явно удивлен:

– Что? Она была пьяна?

– Может быть, – беззаботно отвечаю я. – Хочешь съездить за пончиками?

Мне хочется или пончиков, или алкоголя, но Лэндон почует, что что-то не так, если я начну опрокидывать шоты. Пусть будет жареное тесто. Ужин с Гаррисонами был напряженным после сцены с Конором. Никто не заказал десерт; Хью и Эллисон уехали в отель, а мы с Лэндоном вернулись сюда.

– Э-э-э… Конечно.

– Класс. – Я встаю и накидываю толстовку. – Готов?

– Сейчас?

– Я есть хочу.

Лэндон меряет взглядом наполовину съеденную миску попкорна, но встает.

– Да, хорошо.

И идет за мной на кухню.

– Хочешь пончик? – спрашиваю я Еву.

– Нет, спасибо, – отвечает она.

И пристально на меня смотрит, но, слава богу, держит рот на замке.

Хорошо, что Конор пришел, пока она трезвая.

Всю дорогу до «Холи Моли» мы болтаем про вчерашний концерт Лэндона. В магазине пончиков почти никого нет, когда мы заходим. Сейчас слишком поздно для всех любителей кофе и слишком рано для пьяных студентов.

– Никогда не думал, что было бы, если бы мы стали встречаться? – выпаливаю я, когда мы садимся.

Лэндон меряет меня взглядом, откусывая от пончика. Проглатывает и делает глоток воды.

– Я на тебя серьезно запал, когда мы были маленькими. Мама меня все время дразнила на эту тему. Говорила, что однажды мы поженимся.

Я криво улыбаюсь:

– Моя мама меня тоже дразнила. Я всегда так радовалась, когда вы приезжали в гости.

– Мои друзья всегда советовали пригласить тебя на свидание, – признается Лэндон. – Я показывал им фото наших поездок, и они без умолку восхищались, какая ты красавица.

– А теперь не красавица? – поддразниваю я.

Лэндон закатывает глаза:

– Ты сама знаешь, что еще какая. Но твои родители… Ты приехала к нам жить… Не знаю. Я был рад, что мы друзья. А на первом курсе встретил Келли.

– Ты думаешь вернуться к ней? – спрашиваю я.

– Нет. Не думаю. Она… – Он снова умолкает, взвешивая слова. – Она пыталась замутить с Конором на зимних каникулах.

Я заставляю свое лицо сохранить нейтральное выражение, но это бесполезно. Мы знаем друг друга практически с рождения. Он может прочесть правду на моем лице.

– Он тебе сказал.

– Да, – признаюсь я.

– А он сказал, что водил ее наверх? Три разных человека видели их выходящими из одной спальни.

Не говорил, и я знаю, что Лэндон видит, как я вздрагиваю.

– Нет. Этого он мне не говорил. – Конор сказал, что не спал с Келли, и, несмотря на то что думает Лэндон, я ему верю.

– Я всегда думал, что уж ты-то выберешь меня, а не его.

– Прости, Лэнд. Я хреновая подруга. Я увлеклась им.

– Все хорошо, Харли. Правда. Между нами все в порядке. Но я надеюсь, ты спрашиваешь, не думал ли я встречаться с тобой, не потому, что хочешь за мной приударить. Потому что я серьезно ожидал от тебя игры получше.

Я фыркаю:

– Нет, я не собираюсь за тобой приударить. Ты потрясающий парень, но я никогда не испытывала к тебе таких чувств.

– Фух. А то, если бы мы с тобой начали встречаться, я уверен, Конор стал бы ненавидеть меня еще больше, чем сейчас.

– Конору было бы плевать.

Ореховые глаза Лэндона оценивают меня.

– Значит, заблудившаяся девушка заходила, да?

Я краснею.

– Прости. Я просто не хотела снова ссориться.

– Хочешь об этом поговорить?

– Нет. Не хочу.

– Ладно, – отвечает Лэндон.

И это конец нашего разговора.

Меня будит назойливое жужжание телефона. Сперва я думаю, что это будильник, который я поставил перед тем, как вырубиться. Но я переворачиваюсь и вижу надпись «Мама» на экране.

– Привет, – говорю я хриплым со сна голосом. Откашливаюсь. – Все в порядке? – Мама обычно предпочитает быструю переписку, а не долгие беседы.

– Я не могу позвонить единственному сыну?

– Можешь. Просто обычно пишешь.

– Если бы я написала, приветствие было бы теплее?

Я испускаю глубокий вздох.

– Прости. Много стресса.

– Проблемы с девушкой? – дразнится она.