Идти и не останавливаться. Идти, пока не откажут ноги. Идти, пока от переутомления не остановится сердце. Идти, пока не выпадет снег, в котором меня смогут найти. Идти, пока не появится яма, в которой можно сгинуть. Идти, пока мое тело не станет лишь полой оболочкой, за которой одна сплошная непроглядная пустота. Пустота, которую подхватит ледяной ветер и унесет за тысячи километров отсюда. Мне хочется стать этим легким дуновением в жаркий день, хочется быть кем угодно – только бы не собой.
Я слишком погружена в свое отчаяние, чтобы заметить приближающуюся машину темно-синего цвета. Мне, желающей испариться, не приходит в голову, что это действительно может случиться. Случиться быстрее, чем я могу себе вообразить.
В последний момент водитель тормозит и уводит авто в сторону, едва не врезавшись в бетонный столб. Я в это время стою посреди ночной, плохо освященной дороги, и, честно говоря, понятия не имею, как здесь оказалась. Знаю только, что сейчас все могло закончиться.
Из машины выходит взрослый мужчина, он явно рассержен и готов убить меня на том самом месте, где я застыла посреди проезжей части. Он подходит ближе, вглядывается в мое лицо, и его собственное странным образом преображается, делаясь обеспокоенным.
– Ты в порядке? – он внимательно осматривает меня.
Я ничего не отвечаю.
– Вроде машина тебя не задела, а ты совсем как неживая, – он протягивает мне руку. – Давай-ка ты уйдешь с дороги, пока не случилась реальная беда.
– Еще большая беда? – зачем-то спрашиваю я.
– Ты попала в неприятности? – он принимается изучать меня с большим упорством, словно ищет на моем теле подтверждения своих страшных догадок.
– Не смотрите так, – я выполняю его просьбу и отхожу в сторону, – все равно ничего не увидите.
– Может, тебя куда-то подвезти? Домой?
– Куда-то, – я задумываюсь, как может выглядеть место, где можно укрыться от собственной жизни.
– Куда?
Я пожимаю плечами и сажусь прямо на асфальт.
– Почему не домой? – он устраивается рядом.
– Потому что там моя беда.
– Донимают родители?
Меня забавит, что он говорит со мной. Вся эта ситуация настолько странная, что я теряю ощущение реальности. В какой-то момент даже кажется, что на самом деле он не затормозил, и сейчас мы оба мертвы.
– Вы годитесь мне в родители, – я вглядываюсь в его немолодое лицо и седеющие по бокам редкие волосы, – но вряд ли сможете объяснить их поведение.
– Я был не самым желанным ребенком, – мужчина достает из кармана пачку сигарет и зажигалку. – Мне всегда предпочитали кого-то другого.
– Почему?
